Обратная сторона Земли

Категория:
Игровая площадка/Масштаб:

Часть 1

Часть 2

1

 

На Заречье обрушился нескончаемый тропический ливень. Надо сказать, для умеренного климата данных широт явление совершенно не характерное. Чрезмерные осадки поначалу беспокойства у местных жителей не вызвали. Хороший проливной дождь в жарком июле всегда желанен. Пожухлая от солнца зелень становится сочной и яркой, а дети могут вдоволь набегаться по лужам. Спустя месяц барабанная дробь дождевых капель не только не закончилась, а стала привычной. Зареченцам ничего не осталось, как предаться воспоминаниям о былом солнышке с кружкой горячего чая. Хлюпающая под ногами жижа вынудила сменить легкие босоножки и сандалии на резиновые сапоги. Вместо шортиков и сарафанов в ход пошли дождевики и зонтики. Зареченцы, будучи не в силах изменить ситуацию, предпочли жить, как ни в чем не бывало. Они пришли к выводу, что у природы нет плохой погоды. Коли уж задумалось этакое явление в середине лета, стало быть, есть какая-то надобность, а какая, выяснится позже. 

 Больше всего не повезло тем, кто вынужден ходить на службу. Одним из таких неудачников оказался Алевтин, одинокий мужчина средних лет. Он занимался продажей билетов на аттракцион «Детская Железная дорога» в Парке Развлечений.

С трудом втиснувшись в крохотную для грузноватой фигуры каморку, он открыл круглое окошко и высунулся наружу. Это выглядело так, будто в скворечнике застрял медведь. Усидеть в столь стесненных условиях кассир долго не смог. Алевтин предпочёл выйти под дождь, предусмотрительно накрыв голову непромокаемой ветровкой. Выглядел он, как обычный холостяк, неухоженным растяпой. Свидетельством тому послужили двухдневная небритость, шерстяной свитер, усевший на пару размеров после неудачной стирки в автоматической центрифуге и капли бурого цвета на брюках, похожие на кровь, но скорее, имевшие скорее, отношение к кетчупу, которым поливают сосиски. Налицо, полная бытовая неустроенность. 

Мужчина исполнял обязанности кассира, но в силу нехватки кадров замещал техника-механика и сторожа, но чаще всего, Утешителя, хотя такой должности в реестре вакансий не предусмотрено. Слезы на его аттракционе лились с завидной регулярностью. Маленькие плутишки заметили за Алевтином слабость, тот из-за мягкости характера не выносил «сырости». Чтобы лишний раз бесплатно прокатиться в зеленом вагончике, дети пускались в рев по пустяшным, а то и, заранее продуманным причинам. Каждый день кассир говорил себе, что больше не поверит ни одной слезинке, но все повторялось с точностью, до наоборот. Алевтин даже обрадовался затянувшемуся дождю, чтобы отдохнуть от юных посетителей, но не тут-то было. В окошке паровозика он заметил чью-то худенькую фигурку, в зимней шапке.

- Эй, железная дорога не работает! – закричал он строго.

Алевтин собрал волю в кулак. Он твердо решил, что не пойдет на уступки маленькому шантажисту. Аттракцион в сырую погоду, по мерам безопасности, включать запрещено. Каково же было его удивление, когда под струи дождя вышел уставший, растерянный мальчик лет десяти, в драной куртке. Всем своим видом он напоминал попавшего в беду нахохлившегося воробышка. Мальчик отжал промокшую меховую шапку и исподлобья жалостливо посмотрел на мужчину.

- Ругать будете или сразу арестуете? Честно говорю, на штраф денег нет. Можете проверить.

Мальчик задрал рукав, обнажив тонкое запястье, на котором проступили какие-то точки и вертикальные линии, как штрих-код на ярлыке в супермаркете.

- Хулиган! – гаркнул в сердцах Алевтин. - Какие черти тебя в такую непогоду на улицу выгнали?

- Ничего не черти! – буркнул пацаненок, виновато опустив голову. – Чего, сразу ругаться-то? Вот, все взрослые такие… Не разберутся, и скандалят.

Его отросшие волосы под дождем намокли и повисли длинными сосульками, отчего мальчишка принял еще более несчастный вид. 

- Ну, ясно! Родители на работе, а ты развлекаешься, вместо того чтобы уроки учить.

- Нет у меня никого… И, нигде я не учусь. Родителей, тоже нет. Точнее… не важно.

Глаза мальчишки, цвета горького шоколада, накопили слезы. Сложилось впечатление, что по щекам вот-вот растекутся коричневые дорожки. 

- Ты, что, бездомный? – опешил Алевтин.

Мужское сердце судорожно сжалось.

- Вроде того…

- Рассказывай! Хотя, пойдем-ка в мою будку, там сухо.

Протиснувшись с ребенком в тесную каморку, мужчина переспросил:

- Неужели, потерялся? Можно в службу розыска позвонить. Говори адрес! Я мигом все организую!

Он немедленно потянулся к телефону внутренней связи, как мальчик всхлипнул:

- Нет у меня дома! Не надо в розыск.

- То есть? Такого не бывает. Дом есть у всех.

- Нету, и все… Неужели вам трудно поверить?

- Разве такое возможно? Я в Заречье живу с рождения, у нас и, детских домов нет. Все дети живут с родителями, не важно, свои или приемные.

- Побродили бы с мое, узнали. – повел ершисто плечами мальчонка. Не везде так, как Заречье.

- Где же ты бродил, если не секрет? На электричке в пригород, или по трассе автостопом?

- Гораздо дальше…

- Ох, неужели на море побывал? – ахнул Алевтин. – Проехал без сопровождения взрослых тысячи километров! Вот уж, социальные службы удивятся! У нас ведь беспризорников давненько не было. Всех сирот в приемные семьи разобрали, а новых и, вовсе нет. Дети и родители живут вместе.

- Я путешествовал по Мирам и Пространствам! – выдохнул тяжело мальчик и устало опустил плечи. - Там и моря встречались, и пустыни, и это гораздо больше, чем тысячи километров.

- Фантазер! – покачал недоверчиво головой мужчина. – Какие еще Миры и Пространства?

- Не хотите, не верьте… Чего я должен что-то доказывать? Могу уйти, хоть сейчас. Только отдохну немного…

У мальчика мелко задрожал подбородок. Алевтину стало невыносимо жаль юного беглеца. Боевая готовность кассира пристыдить нарушителя порядка куда-то улетучилась.

- Ты, наверно, голодный?

- Чуть-чуть. – признался неловко паренек. – Не ел несколько тысяч лет. Или, больше…

- Ну, рассказывай сказки! В твоем возрасте аппетит должен быть отменным! – повеселел мужчина. - В моем холодильнике есть новая упаковка сосисок. Ты как, уважаешь?

- Вообще-то, я из-за них сюда и попал. Все время хотел попробовать, какие они, настоящие.

- В смысле, настоящие?

- Чтобы не из принтера!

- Черт! Какой еще принтер? Я, конечно, не могу гарантировать стопроцентное мясо, но они вполне сносные…

- Тогда норм. – согласился мальчик, сглатывая голодную слюну. – А, у вас как… чип считывается? Автоматически или в специальном месте? Хотя, я давно с пустым счетом. Покормите в долг? Я отработаю, могу любую работу по дому делать.

- Ты, о чем? – помотал непонимающе головой мужчина. - Ничего не бойся, у нас в Заречье хорошие люди живут, без чипов. А, покормить ребенка я могу и, бесплатно. Это же такая малость.

- Правда? Да, у вас тут какое-то райское место! – повеселел мальчик. – Чипов нет, сосиски настоящие, угощают даром… Может, я сплю?

За маской беззаботности напряженное тело ребенка выдало внутреннее недоверие. Это не осталось без внимания Алевтина. Он решил не торопить события. Голод не способствует началу добрых отношений…

 

                          

***

 

Скромный, но добротный коттедж Алевтина под шахматной черно-белой черепицей показался в самом конце улицы, окруженный со всех фронтов голубыми елями. Именно из-за них, висящий на массивной двери рождественский венок с золотыми бантами, смотрелся гармонично даже летом.

- Ваш… фамильный Герб? – поинтересовался мальчик, кивнув на венок из еловых веток.

Алевтин сконфузился:

- Ааа, это! Остался с зимы. Он мне не мешает, а настроение поднимает. Как будто, скоро праздник, с подарками и чудесами. Ты что больше любишь, получать подарки или дарить?

Листик безразлично пожал плечами:

- Не помню…

Алевтин оставил ответ мальчика без внимания. Он не мог представить, чтобы ребенок забыл, что такое подарки и какие они вызывают эмоции.

- Ну, проходи, чувствуй себя, как дома.

Внутри помещение оказалось довольно скромным, даже аскетичным. Мальчик переступил порог светлой комнаты, центральную часть которой занимал очаг с живым огнем. В нише длинной стены хозяин устроил библиотеку. Там же поставил мягкую тахту.

- Располагайся!

Листик сбросил у порога промокшую одежду, скромно усевшись на низкий подоконник. Окно от пола до потолка давало достаточно дневного света, так что дополнительного электричества не потребовалось. Листику стало по-домашнему уютно. Впервые за долгое время он почувствовал себя в безопасности.

Между тем, Алевтин закрепил сосиски на решетке. В воздухе завис умопомрачительный аромат жареного мяса. Угли застреляли рикошетом от падающих капель жира, дымок заструился змейкой под мощной вытяжкой. Когда бока сосисок от жара «загорели» до хрустящей корочки, у хозяина и гостя проснулся зверский аппетит. Листик даже застыдился громкого и требовательного урчания в животе.

- Не смущайся! – подмигнул понимающе Алевтин. - Сразу видно, давно путешествуешь! Ну, подставляй тарелку!

Уговаривать мальчишку долго не пришлось. Хозяин едва успевал подкладывать новые порции с гриля. Листик с жадностью поглощал одну сосиску за другой, едва успевая прожевывать. 

- Вкуснюшшшие! – оправдался мальчик с набитым ртом. - Я таких обалденных в жизни не ел!

- Скажешь тоже. – засомневался Алевтин, с удивлением рассматривая знакомую упаковку. - Я их в местном ларьке купил.

- Да, я о сосисках сто лет мечтал! Всю Вселенную обошел, а таких вкусных никогда не пробовал.

- Надо же… - моргнул удивленно Алевтин. – А, мы все жалуемся, что качество хуже стало.

- Думаете, вру?

- Пока непонятно. – ответил правдиво мужчина. – Вот, про сто лет, ты загнул, братец. Не многовато ли?

- Не-а!

- Где же ты бродил, если не секрет?

- Не поверите, все равно. Вы же, взрослый.

- Думаешь, мы не умеем фантазировать?

- Верить детям не умеете. – поправил его осторожно мальчик.

- Может быть…

Мальчик перестал жевать и загрустил.

- Рассказывай, я постараюсь быть объективным. – ответил миролюбиво хозяин.

- Я гулял по… Мирам. Дальним и ближним, существующим и тем, которых нет, но можно придумать.

Алевтин громко задышал, как будто внезапно появилась одышка. Его можно было понять. Ему, взрослому мужику, кое-чего повидавшему в жизни, вроде не пристало верить в детские фантазии. С другой стороны, взгляд ребенка был без хитринки, честный и, даже с неким укором, вроде того: - Что же вы, взрослые, такие толстокожие, ничему не верите, боитесь сбиться с проторенной дороги?

- Послушай… Если ты гулял по Космическим просторам, то… чего ж к нам занесло? Заречье, не самый значимый объект даже по нашим, земным параметрам. Провинция. Самый ближайший город Краснокаменск, да и тот не столица. У нас тут с развлечениями туго. Живем себе тихо, спокойно, простыми заботами и радостями.

- Сам не знаю, как так получилось. Пока не разобрался. Чем-то ваше Заречье притянуло.

- Ох, что-то ты темнишь! Расскажи лучше правду. Не подумай, не для полиции.

- Я бы хотел, но не могу объяснить. Вселенная, как слоеный торт «Наполеон». Слои лежат друг на друге, а между ними крем, тоже Миры, только их еще никто не придумал. Они могут быть изолированными, а могут, как бы… слипнуться. Тогда приходится через них продираться, как в джунглях.

- Сложно мне это понять. Уж, извини…

- Я тоже не сразу понял! – признался мальчик.

- Расскажи, как живется, в тех… Мирах?

- По-разному. – ответил уклончиво мальчик.

По всей видимости, насмотрелся он всякого, и теперь вспоминать не очень-то хотел.

- Неужели, воюют? – догадался опытный Алевтин.

- Не только. Главное, никто их не заставляет стрелять, строить тюрьмы, оставлять детей без любви, лгать и унижать других. Жители сами выбирают тот Мир, в котором хотят жить.

- Разумный ты парнишка!

Алевтин по-отцовски взъерошил волосы мальчика.

- Не-а… Это меня отец Георгий научил. А, я уже потом все это увидел. Так сказать, своими глазами.

- Может, пора познакомиться? – спохватился мужчина. - Зови меня Алевтином.

- А я, Листик.

- Необычное имя…

- Для Вас! – уточнил мальчик.

- Верно. Извини. Для меня ты просто мальчишка, класса, этак, пятого.

Листик устало потер кулаками глаза и широко зевнул: - Аааа…

- Э-э-э, брат, да ты спишь! Оставайся, одежду просушишь, отдохнешь…

Листик обрадовался предложению хозяина. От тепла, покоя и вкусной еды он размяк, напряженное тело утратило скованность. Он посмотрел в окно, за которым хлестал дождь и поблагодарил:

- Спасибо! Не откажусь. Вы меня разбудите, если…

- Ни о чем не беспокойся. Отдыхай. На службу мне больше не надо. Я твой сон покараулю.

Алевтин укрыл разомлевшего мальчика пледом и осторожно перенес на диван.

- Худющий! Ребрышки, как у птички. – отметил про себя мужчина. - Рыжий котяра Василис тяжелее…

 

***

 

Кот с необычным, почти человеческим именем, прослыл личностью, известной всему Заречью. Вообще-то, он был бездомным. Пришел однажды неизвестно откуда, да так и остался.

Сначала рыжего кота заметили в продмаге, у прилавка с замороженным минтаем. Когда стало понятно, что дождаться в качестве угощения рыбьей головы или, на худой конец, жирного плавника, не светит, он внезапно пропал.

Объявился Василис голодный и изрядно потрепанный в парке развлечений, где и был, к счастью, подобран сердобольным Алевтином. Хозяин коттеджа предложил коту довольствие и мягкую подстилку у очага взамен на общение, какое только можно вообразить между человеком и животным.

Василис привередничать не стал, не та ситуация. Он обжился у одинокого мужчины, оставив за собой право на личную свободу. Меняя комфорт теплого дома на прогулки по Заречью, кот возвращался довольным, но чрезмерно исхудавшим. На восстановление сил с помощью сосисок или рыбьих хвостов у него уходило дня три-четыре, после чего все повторялось. Василис и Алевтин даже научились довольно сносно понимать друг друга. Бывало, кот мяукал протяжно и флегматично, типа: - Мяяя-ааа-ууу… Это говорило о том, что он готов предаться размышлениям о бренности жизни, и не только кошачьей. Случалось, Василис муркал односложно и коротко: - Мяу! Ясно, торопится, и на досужие разговоры тратить драгоценное время не намерен. Единственное, что могло заставить Василиса слушать каждое слово хозяина, постукивая кончиком хвоста, жирные рыбьи галеты. Черт его знает, что в них добавляли, но кот становился ласковым и домашним.

Приютив бездомное животное на четырех лапах, Алевтин сразу заподозрил в коте мощную силу по управлению человеком. Василис так цепко и проникновенно смотрел на мужчину, что тому делалось не по себе. Алевтин немедленно лез в шкафчик в поисках котлет. Так и жили два холостяка, пока из каких-то неведомых Миров не появился странный мальчик с нездешним именем Листик…

 

***

 

Листик проспал до следующего утра.   

- Доброе утро! – поприветствовал его Алевтин, накрывая на стол. – Готов к холостяцкой еде? Ты уж не обессудь, живу один, готовить лень, да и не научился за столько лет, сказать честно. Вот, спасаюсь сосисками да бутербродами.

- Я не против! – пожал плечами Листик. – Я всеядный. Иногда голодал несколько дней, и ничего.

- Денег не было? – поинтересовался Алевтин.

- Когда как… Чаще, боялся на патруль конфедератов нарваться. Тогда, все. Хана.

- Не понимаю. Что это значит?

- Конфедераты забирают сначала в приемник распределитель, потом считывают индивидуальный чип. По нему легко отследить, где живешь, кто родители, есть ли деньги на банковской карте, какое учебное заведение посещаешь… Да, в чипе вся жизнь зашифрована.

- Допустим, все так, как ты рассказал. Но… разве это плохо? - почесал бороду мужчина. – Передали бы тебя родителям, с рук на руки. Чем же плохо?

- Если бы все так… - хмыкнул Листик. – Родители сами жили в Резервации. Я поэтому на улице и, оказался. Они решили, что лучше мне бродяжить, чем стать подопытным кроликом.

- Черт! Что за дикая история? Почему, кроликом?

- Объясняю… Для властей Конфедерации нужен был новый приток полицейских, которые безропотно выполняли бы любые приказы. Понимаете? Из сироты такого сделать проще, чем из домашнего ребенка. Вот семьи и разъединяли. Говорили, что кого-то даже отправляли «на органы» для богатых заказчиков. Мои родители оставили меня на улице из лучших побуждений. Подумали, что я смогу найти надежное убежище и выжить, но… остаться человеком. Так понятнее?

- Что же это за страшное место во Вселенной? Трудно поверить, что люди могут быть зверями.  

- Ещё как могут! – подтвердил мальчик.

- Ладно, не отвлекайся! Жуй…

Листика ждала новая порция сосисок с кетчупом. Мальчик сытно и с удовольствием позавтракал, но уже без прежней жадности. За ночь он хорошо отоспался и теперь готов был рассказать свою историю, как родители попали в Федеральную Резервацию, как познакомился с Зайкой, близнецами Сашей-Ташей и Дим-Димом, про сосиски из принтера, персональные чипы и собачью будку.

- Так что, дальше будете слушать? – спросил он у мужчины.

- Конечно. Мне самому теперь интересно, как ты выжил, и зачем вы в будку-то полезли?

- Мы сами удивились! – вспомнил прошлые события мальчик. - Обычная конура, но внутри оказалась очень даже вместительной. Всем места хватило. Мы от усталости и голода задремали, а когда проснулись, то увидели незнакомое место, где нас встретил отец Георгий, а еще мы Даньку нашли.

 - Ваш друг?

- Ага! Он первый научился Другую Реальность искать, самостоятельно, только мы не поверили, думали, он на море махнул. Отец Георгий нам про все потом рассказал…

- Про что?

- Про то, как самим создавать Миры, как вернуть любовь родителей к детям. Да, много чего, хорошего. Только сразу не поймешь. Надо… через сердце пропустить. Трудно это, потому что мы, как замороженные селедки из морозильной камеры. Бесчувственные. Равнодушные. Со страхом в сердце. Сложно нам поверить взрослым после предательства.

- Как же вас предали?

- В Конфедерации массово начали внедрять программу, по которой взрослым стало выгодно жить без детей. Насаждалась она незаметно, через рекламу, фильмы, вебинары для взрослых, рассылки в почтовые ящики. Взрослых прельстили свободным временем для себя, удовольствиями, где нет ответственности, бессонных ночей, где не надо никого воспитывать и тратить заработанные деньги на образование.

- Неужели взрослые люди поверили в эту чушь и решились оставить своих детей?

- Не все, но многие. Те, которые сопротивлялись, оказались в Резервации, вместе с детьми. Мои мама и папа, например. Когда нас предупредили, что семья в полном составе обязана подчиниться законам Конфедерации и прибыть в Резервацию, то пришлось принять болезненное решение. Так или иначе, родители настояли, для моего же блага, что лучше остаться на улице, бродяжить, чем ехать с ними. Оттуда не возвращаются.

- Ты что-то знаешь о судьбе мамы и папы?

- Откуда? Никто же информировать не станет, да и как? Я на улице, официально в конфедеративном розыске. Квартира опечатана. Других родственников нет. В общем, постепенно жители перестали понимать, что такое настоящая любовь.

- Печально все это… А ты, сохранил память о любви?

- Я хорошо помню, как мама читала сказки перед сном, а потом целовала в макушку и смеялась, что она соленая. Если это любовь, то… помню. Если еще проще, то надо просто быть нужными друг другу в любую минуту. Я так думаю…

- А, если не получается, каждую минуту?

- Тогда дети уходят искать Мир, где они нужны, а взрослые остаются.

- Ты нашел свое место?

- Нет. От отчаяния шагнул в какое-то Пространство, а оказался в парке аттракционов, на паровозике. Наверно, это запах ваших сосисок притянул. А, может быть, концентрация любви в маленьком пространстве под названием «Заречье».

- Может быть… – почесал суточную щетину Алевтин. – Сосиски у нас зачетные. Да, и, кажется, с любовью, тоже порядок. Беспризорников точно нет, а в семьях всякое бывает. Знаешь, любовь без слез не бывает. Зато потом знаешь, как сладко мириться!

- Алевтин, а у вас, есть дети? Наверно, взрослые уже?

- Нет, к сожалению. Был сын бывшей супруги, хороший парнишка, смекалистый. Не получилась у нас семья, расстались, и я не успел стать ни хорошим отцом, ни надежным мужем. Глупо все как-то пошло. Думаю, виной всему моя неуверенность. Женщины такое не прощают. Впрочем, это не для тебя история, слишком личная и взрослая.

- А, кем вы стали?

- Кхм! – смутился Алевтин. - Был неплохим писателем, издавался, а теперь вот, билеты на аттракционы продаю.

- Разве писателем быть плохо? Почему вы поменяли профессию?

- Почему же плохо! – оскорбился мужчина. – Скорее, ответственно.

- Испугались?

- Я исчерпался. Не знаю, что такого важного могу предложить читателю. Опять моя слабохарактерность, черт ее дери. Уж лучше в парке на железной дороге работать. Нажал на кнопку, поезд начал движение, нажал на другую, остановился. Тут думать не надо, главное, соблюдай технику безопасности.

- А, ваш читатель, это взрослый или ребенок?

- Взрослый. – вздохнул с сожалением Алевтин. - В детях-то я совсем ничего не понимаю, а они фальшь за версту видят, их не проведешь. Ребенка можно легко сломать, подсунув за истину неправильные мысли. Не хочу быть к этому причастным.

- А, мне, поверили?

- Я же сказал, что был писателем, а наше племя много чего фантастичного придумывает и создает.

- По-настоящему?

- Все зависит от степени собственной веры. Порой даже теряешься, в каком мире живешь, вымышленном или настоящем. Вот думаю, может, я тебя придумал? Знаешь, в нашем Заречье чего только не бывает. Аномальное место. Да, ты поживешь, сам во всем разберешься. Я, вот думаю, может потому тебя к нам и, притянуло. Случайностей не бывает.

Листик широко улыбнулся:

- Этого и я не знаю, вокруг все придуманное или настоящее? Как одно от другого отличить? Но, так жить интереснее!

- Что же нам с тобой делать, покоритель Миров и Вселенных?

Листик обхватил острые колени руками:

- Гоните? Вы не подумайте, я уйду. Первый раз, что ли…

- Что ты, чудак человек! – замахал руками хозяин. - Оставайся, сколько хочешь. Только я воспитывать не умею, тем более мальчиков, которые по Мирам шастают. Говорю же, я законченный холостяк. Хотя, кот есть. Отличный слушатель!

- Тогда, пожалуй, останусь.  Если не прогоните. Я не знаю, куда идти дальше. Надоело бродить одному… Мне надо хорошенько подумать, что делать дальше.

- Тебя, точно, никто не ищет?

- Если бы искали, давно нашли. Еще там, в той Реальности, где Зайка была, и Дим-Дим с близнецами.

- Жалко мне тебя. - сокрушился Алевтин.

- Чего это? – поднял брови домиком Листик.

- Опять ты промахнулся с Пространством. У нас частенько родители детей воспитывают не только словом, но и ремнем по одному известному, мягкому месту. Не подумай, для вида. Чтобы попугать, так сказать. Рукоприкладством не занимаются, уж, поверь мне. Да и, законом по охране Детства запрещено, строго-настрого. Конечно, без обид не обходится. Непедагогично, признаюсь, но иногда случается такой вот средневековый метод.

- Разве я сказал, что против наказаний? Я готов любое стерпеть, если за дело. Лишь бы взрослые заметили, что я существую. Что, я им нужен.  

-  Ага, вот ты, о чем! – догадался мужчина. - Хочешь сказать, что взрослые так увлеклись сами собой, что забыли о существовании детей?

- Ну…

- В наших семьях полно разногласий и ссор, но, чтобы совсем не замечать… В принципе, взрослые и дети должны иногда ссориться. Это же два разных мира. Старшие думают, что все знают, стараются передать накопленные знания следующему поколению, а дети прежний мир безжалостно рушат, доказывая свои, уже новые истины. Конфликт поколений, так сказать, и он не бывает безболезненным. Педагоги утверждают, что так идёт прогресс в обществе. Ну, наверно, я с ними соглашусь. Невозможно расти, застряв в прежних установках. За небольшим исключением.

- Каким это?

- Есть вечные ценности, Листик. Они неизменны. Не знаю, как там в других Вселенных, но на планете Земля принято иметь совесть, мораль, почитать старших, не совершать преступлений против другой личности, не лгать, не унижать…

- Так это везде так. – подтвердил мальчик. – Правда, так же, везде эти истины нарушаются.

- Да, у нас тоже взрослые и дети ссорятся. Совершают глупости, а потом жалеют о содеянном. 

- Но, потом-то, мирятся? – спросил с тайной надеждой мальчик.

- Обязательно! – подтвердил Алевтин. – Тут, дело не в том, что одни глупее других. Новое всегда прогрессивнее, но достается болезненно, через неприятие, ссоры, размолвки, обвинения. Время же все расставляет по своим местам. Взрослые примиряются с новой реальностью, а младшее поколение прощает стариков.

- Значит, я в правильное место попал!

- Получается, не только сосиски тебя соблазнили?

Листик с горечью посмотрел в окно, за которым кот Василис растянулся под дровяным навесом, плотоядно облизываясь.

- Если честно, я не верю, что взрослым нужны дети.

- Кому как! – возразил Алевтин.

- Да, всем! – огрызнулся мальчик. – Вот, ты же детей не завел?

- Я, не пример! У меня семьи нет. Не сумел создать.

- Чего же не женишься?

- Была попытка, но что-то корявенько получилось. Наверно, я одиночка.

- Отговорка. Очень удобная, потому что…

- Оправдывает?

Листик молча кивнул и вышел из-за стола.

- Ты чего? – забеспокоился Алевтин. -  Обиделся?

- Извините…  Вечно я привязываюсь.

- Листик, не обижайся. – сказал Алевтин. - Честное слово, я буду рад, если ты останешься. Как ни крути, одному и поговорить не с кем. Василис где-то пропадает с утра до вечера. Если бы не рыбные галеты, он бы, вообще, про меня забыл, негодяй усатый. Признаться, я иногда подумываю, что и он, не хуже тебя, может гулять не только по Заречью, а по Мирам и Пространствам.

- Коты, свободные животные… Все может быть.

- Листик, не жди от меня… ну, чего ты ждешь от взрослого человека. Накормить, накормлю, диван в твоем полном распоряжении, а также, вся библиотека. Устраивайся, а не понравится, всегда можешь уйти. Уж извини, не получается у меня понять ребячий мир. Обещаю, буду стараться. Ты, если что, меня поправляй. Очень не хотелось бы наделать ошибок, потому как цена им слишком уж серьезная. Понимаешь?

- Спасибо! Наверно, я останусь, поживу. А, понять ребят не сложно, надо просто доверять и любить. Нам много не надо.

- Не каждому это под силу. Мы же считаем, что лучше знаем про жизнь. Потому что, опыт.

- В этом и, беда! – качнул с досадой головой Листик. - Думаете, у нас опыта нет? Да мы такое знаем, чего взрослые…

- Ладно! Ладно! – остановил его поспешно Алевтин. - Так что, остаешься?

- Договорились же. Я слово держу. У нас этому быстро учатся.

- Отлично! – потер с энтузиазмом ладонями мужчина. – Заскучаешь, приходи в парк, я тебя на любой аттракцион проведу. Вот, только дождь никак не заканчивается, будь он неладен! А, на родителей не серчай. Сам же говоришь, они тебя оставили из лучших побуждений. Думаю, им без тебя не сладко, живут в неведении, где ты, с кем ты, живой ли, сытый или голодный. Это то еще испытание!

- Чего же они меня не ищут?

- Если бы могли, думаю, давно бы встретились… Подумай, может, и они в большой беде? Может, им твоя помощь больше нужна?

- Никогда об этом не думал. - обронил Листик и отвернулся к окну.

 

 

                           

2

 

 

Листик так долго бродил по Мирам и Пространствам, что никак не мог отоспаться. Он решил не бороться с требованиями растущего организма и отлично устроился на диване под мягким пледом. Ему впервые за долгое время приснились добрые, разноцветные сны. Разбудил мальчика рыжий Василис, осторожно покусывая за голые пятки.

- Эй, я тебе не сосиска! – лягнул кота ребенок. -  Брысь!

Василис поднял хвост трубой и презрительно фыркнул:

- Фр-р-р-р…

 «Хвостатый» своего добился. Сон у Листика, как рукой сняло. Отбросив в сторону одеяло, он поднялся с дивана и медленно обошел комнату.

Она напоминала деревенский быт где-нибудь на юге Франции, с высокими окнами от пола до потолка, дощатым полом и простой, глиняной посудой. На бревенчатой стене мирно тикали часы с качающимся из стороны в сторону маятником. Очаг в середине комнаты хозяин окружил широким кольцом из каменной полированной столешницы, над которой повесил сковородки, поварешки и другую нехитрую кухонную утварь. Судя по всему, Алевтин постарался подстроить интерьер под свои скромные потребности, где отвел место под книги, приготовление мяса на живом огне и мягкий диван. Что еще надо закоренелому холостяку?

Закончив с исследованием дома, Листик выбрался на улицу. Решиться на такой поступок могло заставить только чрезмерное любопытство (дождь лил, как из ведра) или отчаянная смелость. Кроме того, привыкнуть за два дня к мысли, что не надо прятаться от «конфедератов», скрывая именной чип, не так-то просто.

- Как при Потопе! - хмыкнул Листик, вернувшись за резиновыми сапогами и зонтом.

В таком виде познавать Заречье оказалось удобнее, ноги сухие, можно все лужи измерить на предмет глубины и ширины. Правда, с одной вышла промашка. Под толщей мутной воды оказалась глубокая яма. Листик не успел опомниться, как вода хлынула за голенища сапог и ноги завязли в вязкой глине.

- Влип! – застонал он от безнадеги. – Как я теперь?

Попытка выбраться самостоятельно успехом не увенчалась, только извозился в грязи до самой макушки. Отдышавшись, Листик решился на последнюю попытку. Свернув зонт, мальчик оперся на импровизированную трость, но та не выдержала тяжести детского тела и с треском сломалась. В руках Листика остались две половинки бывшего зонта. На помощь надеяться было глупо, вокруг ни души, кричать бесполезно. Осталось отдышаться, взять себя в руки и искать выход из тупиковой ситуации самостоятельно. Очень быстро Листик понял, что яма глубокая, а края слишком скользкие из-за размокшей глины. Придется куковать до вечера, пока Алевтин не вернется с работы и не начнет поиски. Если начнет, конечно…

- Эй! Давай руку! – раздался сверху чей-то звонкий голосок.

Он прозвучал, как Божье Провидение. Листик чуть было не прослезился и резко вскинул голову. У края ямы стояла девочка в красном дождевике и таких же красных сапожках, очень похожая на осенний гриб-боровик. В руке она крепко держала длинную авоську, в которой бренчали молочные бутылки.

На вид спасительнице было лет пять-шесть, но мудрый взгляд карих глаз прибавил возраста. Две тощие косички, с туго вплетенными бантами выдали в ней домашнего ребенка.

- Хватит глазами хлопать! – пригрозила она учительским тоном и протянула свободную руку. - Держись, я тебя вытяну!

Листик неуверенно потоптался в вязкой жиже. Где такой малышке справиться? Чего доброго, загремят в яму оба.

- Позови лучше взрослых! – предложил Листик. – Есть у вас тут Спасательная команда? Или, в крайнем случае, полиция… Ты сбегай, а я подожду. Все равно уже промок насквозь.

Девочка захлопала ресницами и снова уверенно протянула руку.

- Ну, же! – поторопила строго девочка. – Чего время терять! В такой дождь никто сюда не поедет. Это же край Заречья.

Похлюпав сапогами по размокшему грунту, Листик увяз окончательно. Пришлось признать неутешительный факт, как ни крути, он накрепко застрял. Лучше уж принять помощь, чем остаться без сапог. Он протянул руку, сгруппировался и…

- На счет, три! Один! Два! Три!

Одним рывком девочка вытащила Листика. Оказавшись в безопасном месте, мальчик стушевался. Он посмотрел на юную спасительницу, едва достающую ему до груди.

- И, откуда она силы взяла? – подумал мальчик.

- Я волшебные заклинания знаю. – объяснила бесхитростно девочка свои суперспособности, прочитав чужие мысли.

Листик удивился, но промолчал.

- Думаешь, ты первый, кто в кротовую яму свалился? В Заречье грибников и ягодников полным-полно. Откуда им знать про кротовые норы? Кто-нибудь обязательно, раз в день, вляпается! Вот, и приходится выручать.

Она простодушно вскинула на Листика бесхитростный взгляд.

- Чего это народ в Заречье потянуло? – спросил грубовато мальчик. - Даже игровых автоматов нет…

- Подумаешь! - фыркнула девочка и ее глаза потемнели, словно в них капнули черной акварелью. - Развлечений в городе полно, а к нам… за другим едут.

- Неужели на ямы полюбоваться? – съехидничал Листик. - Экстрим!

- Вообще-то… на болото. Взрослые, чтобы собирать сладкую клюкву, а дети, к криглам.

Мальчик скривил губы, скрестив руки на груди:

- Могу себе представить… болото! Эка невидаль. Да что там может быть интересного? Жабы да камыш.

- Говорю же, люди идут на болота и самой крупной клюквой. Собирают и радуются, как дети… Только они даже не догадываются, что это криглы им помогают.

- Зачем, помогать? И, кто такие… криглы?

- Криглы…  Это такие … болотные человечки. Они людей ведут по специальным дорожкам, чтобы те в болоте не увязли.

Девочка качнула с досадой головой:

- Ты же ничего не знаешь…

В ее словах проскользнула личная драма. Листик это заметил. Он никогда не чувствовал себя настолько неловко. Чтобы спасти ситуацию, мальчик просипел:

- С-ш..па…

Девочка оказалась не по возрасту понятливой. Она отряхнула дождевик от грязных подтеков и назидательно сказала:

- Ой, некогда мне разговоры разговаривать! Пока!

- Дурацкий дождь! – топнул с негодованием мальчик. - Быстрее бы закончился, нормальным людям по дороге пройти невозможно…

Он покосился на девчонку, которая наклонила голову на плечо и с сожалением спросила:

- Погода-то здесь при чем? Нормальные жители Заречья…

Она сделала акцент на слове «нормальные».

- Отлично знают, что на этом месте кротовая семья в начале лета яму вырыла. Поэтому, обходят стороной. А, ты, не местный, сразу понятно. Вот и, свалился. Хорошо, что я мимо проходила…

Листик разозлился:

- Что за ерунда? Где это видано, чтобы кротам, вот так запросто, разрешали дорогу портить?

Девочка невозмутимо переложила авоську из одной руки в другую и терпеливо разъяснила:

- Потому что в Заречье никому в голову не приходит засыпать кротовую нору. Раз вырыли, значит надо. Потом сами обратно зароют.

- Ага! А, если они весь город перекопают? – подбоченился Листик.

- В отличие от некоторых, кроты умные. Зачем им где попало норы рыть?

- Ты еще скажи, дождь всем нравится!

- Не всем, конечно. У моей бабули ревматизм разыгрался, зато… криглы спасутся.

- Чего-чего? – не разобрал Листик. - Опять эти болотные жители…

Девочка уточнять не стала. Она резко повернулась и зашлепала сапожками по размытой дороге. Через пару шагов незнакомка резко остановилась.

- Мальчик, а ты… не мог бы меня проводить?

- Дорогу забыла?

- Отлично помню. Просто, меня бабуля заругает, что я долго ходила, а при тебе не будет. 

- Делать мне нечего! – отказался Листик, но потом смягчился.

По факту, девчонка на него время потратила. Тогда получается несправедливо, и ей попадет, ни за что. Надо помочь.

- Эй, куда идти-то?

У девочки заблестели глаза:

- Недалеко. В Гороховый тупик.

Листик сделал вид, что отлично знает, где находится Гороховый тупик.

- Пошли. Давай-ка твою авоську, тяжелая ведь.

 

***

 

Бревенчатый дом, отсыревший от влаги и перекошенный на один бок, выходил окнами на главную улицу. Вход же, как бы извиняясь за непрезентабельный вид, прилепился с обратной стороны, упираясь крыльцом в полуразрушенную стену. Она, подтверждая название тупика, была густо увита гороховыми лианами с недозревшими стручками. Через него девочка и провела Листика, подтолкнув бедром тяжелую дверь. В нос ударило аптекой, касторкой и вековой пылью.

- Фу-у-у… Что за вонь? – скривился недовольно Листик.

- Бабуля болеет. Она мази готовит.

- А, в аптеке покупать не пробовали?

- Она говорит, что дорогущая «химия» совсем не помогает, только деньги на ветер, а я ей в копеечку обхожусь.

- В золотую, наверное.

- Не знаю. – моргнула бесхитростно девочка и споткнулась о какую-то склянку, коих вокруг стояло в неимоверных количествах.

- А, чего такая темнотища? Не видно же ничего!

- Мы электричество экономим. А, к темноте глаза скоро привыкнут.

Листик пожалел, что согласился проводить незнакомую девочку. Гуляя по Пространствам, он отлично усвоил, что в каждой Реальности свои законы. Чего можно было ожидать от этой, он толком не понял, но судя по тревожному холодку под ложечкой, что-то не самое хорошее. Так оно и, оказалось. На шум, шаркающей походкой вышла недовольная женщина, нюхая воздух тонким и длинным, как игла носом. Находясь в полусогнутом состоянии, она держала на пояснице пушистую шаль. Листик испуганно попятился.

- Ой, здрасьте…

- Ты где долго валандалась? – накинулась с порога женщина. - Как за смертью посылать… Бабушка болеет, помощь ждет, да кому до меня есть дело?

- Бабуля, я в очереди за молоком долго стояла…

- С каких это пор в Заречье, да очереди?

- Ты мне не веришь, а я правду говорю! – всхлипнула девочка. - Дорогу размыло, машина и застряла. Пока ее тросом вытянули, пока помыли, пока до магазина сопроводили.

- Пользуешься моим больным положением. Совсем без родителей распустилась!

- Я разве виновата? Думаешь, без них хорошо?

- Вот бы и занимались дитем, вместо того, чтобы… по Мирам гулять. Сдали мне на руки и ищи свищи. А я старая, больная, еле двигаюсь.

- Не смейте ругать ребенка! Она меня из ямы вытащила! – выгородил Листик девочку, чем сразу прекратил всякие обвинения.

В темноте женщина шумно задышала. Она не сразу разглядела сопровождающего и тотчас поменяла тон:

- Ох-ох… - застонала она. - Я все одна-одинешенька, вот помру, кому ты нужна будешь? Хорошо, хоть молоко донесла, вот спасибо… И, тебе, мальчик, спасибо.

Девочка подняла грустные глаза на Листика и виновато шепнула:

- Спасибо тебе, мальчик. Ты иди, уже все хорошо.

Уговаривать долго не пришлось. Пока не поздно, Листик решил вернуться в коттедж Алевтина:

- Хватит на сегодня приключений…

 

 

***

 

Алевтин застал Листика сидящим на низком подоконнике. Мальчик рисовал на запотевшем стекле грустные рожицы.

- Бездельничаешь? – спросил добродушно хозяин. - Наверняка, голодный?

- Аппетита нет. – промямлил Листик. – Да, и наелся уже. Сколько можно? С непривычки можно и, живот надорвать.

- Что-то ты мне не нравишься. Уж, не приболел ли?

Алевтин заботливо потрогал лоб мальчишки:

- На всякий случай, достану малиновое варенье. Говорят, самое лучшее средство при ребячьей хандре.

- Не надо! – встрепенулся Листик. – Все нормально.

Между тем Алевтин наткнулся на промокшую одежду и обувь Листика.

- По-моему, кто-то изучал окрестности Заречья? В такую-то погоду?

- Решил Заречье обойти, да не получилось. – буркнул Листик. - В яму провалился. Кротовую.

- Откуда узнал, что кротовую? – спросил подозрительно хозяин.

- Девчонка одна сказала.

- О-о-о!!! Какая?

- Откуда мне знать? В красном дождевике и красных сапожках. Знаете, такую?

Алевтин наморщил широкий лоб:

- Все зареченские дети в дождевиках ходят. Хотя… вроде одну такую знаю. Она все время в этих сапожках, даже в сухую погоду. Точно! На каруселях не катается, сладкую газированную воду не пьет. Сидит на лавочке и болтает ногами, в этих самых сапожках. Даша ее зовут.

- Она странная…

Мальчик покрутил пальцем у виска.

- Отчего ты строг к невинному ребенку?

- Говорит, дождь, очень хорошо, и каким-то крысам он позарез нужен.

- Нууу? – удивился Алевтин. - Может, криглам?

- Я не разобрал! Еще бабка ее такая строгая… похожа на бабу Ягу. Такая же страшная, только без помела.

- Ты и с Нинель Прокловной успел познакомиться? Ну, между прочим, она весьма занятная дама. Шляпки коллекционирует.

- Что-то на шляпницу она совсем не выглядит, только, если на сумасшедшую.

- Ты не прав, Листик. Наверняка, у старушки спину прихватило, вот она и злится. Ну, а кому болеть нравится?

- Да, девчонка говорила, что бабка сама мази варит.

- Ну, в этом нет ничего странного. В Заречье все жители народную медицину уважают.

- Для меня это странно…

- Для первого раза ты с Заречьем отлично познакомился, я тебе скажу!

- Так я не специально…

- Пойдем-ка, отужинаем! Сегодня вместо сосисок, сардельки с сыром! Уважаешь?

- Ура-а-а! – заголосил ликующе Листик. – Это самая лучшая еда на свете!

Алевтин усмехнулся. Ну, какой ребенок, по собственной воле, выберет на обед куриный суп или кашу-размазню?

 

***

 

Чтобы убить время, Листик решил наведаться к Алевтину. Кассир, сидя за окошком будки, явно затосковал. Народа, желающего прокатиться на железной дороге, не было. Редкие посетители заходили, разве что, в комнату смеха или салон «Кривых зеркал», да и то потому, что там сухо и тепло.

Листик поднялся на носочки и звонко крикнул в окошко кассы:

- Один билет на зеленый вагончик!

Алевтин подскочил на месте и ударился головой в потолок.

- Ох, Листик! Напугал!

- Извини…

- Занимай место в любом вагоне! Все равно, посетителей нет.

- Правда? – переспросил Листик. - Сыро же…

- Я новую систему установил, с защитой от влаги. Теперь моему транспорту ничего не грозит. Можно в любую погоду прокатиться.

- Круть! - присвистнул мальчик. - Чего же ты всем не рассказал?

- Да, знают! – махнул рукой мужчина. – Только, кому охота на улицу выходить? Дожди идут, не прекращаясь. Что-то сломалось в Небесной Канцелярии…

Листик с Алевтином согласился. Когда сырость и слякоть целый месяц, настроение никудышное. Лучше остаться дома, закутаться в мягкий плед, почитать любимую книжку или мультики посмотреть.

Мальчик осмотрел состав. Паровоз под дождем заблестел черным лаком, а вагоны, бутылочно-зеленым цветом. За каждым окошком колыхнулись белые кружевные занавески, звякнули на столиках пустые стаканы.

- Как в настоящем поезде! – заметил мальчик. – Хорошо бы еще на нем уехать… далеко-далеко.

Рельсы шли по кругу. Сначала по малому, а потом, по большому. По мере приближения состава к игрушечному вокзалу, паровоз звучно гудел, пуская дым из трубы.

Листик выбрал последний вагон с открытой площадкой и мягким диваном. На нем можно было сидеть и смотреть, как остаются позади перрон, начальник железной дороги Алевтин в синей фуражке и огромное Чертово Колесо.

Только он поднялся на первую ступеньку, как понял, что прокатиться с ветерком не удастся. Диванчик заняла девочка, в красном дождевике и красных сапожках.

- Привет! – поздоровалась она первой и вежливо подвинулась: - Садись рядом, места хватит!

Листик помялся, но не убегать же от девчонки!

- Даша? Ты что, от бабушки убежала?

Девочка не удостоила нового друга ответом. Межу тем, лязгнули колеса состава. Поезд мягко тронулся с места, постепенно набирая скорость. Мальчик подвинулся на край сиденья, чтобы не соприкоснуться с девочкой, но она, как нарочно, начала возиться и шарить по многочисленным карманам.

- Я тебе мешаю? – спросила она, увидев косые и явно недружелюбные взгляды Листика. - Извини. Кригл куда-то запропастился, он еще маленький… Я же за него несу ответственность. Мне его надо родителям вернуть.

- Ты что, крысу в кармане носишь? – содрогнулся мальчик.

- Кригл не крыса. Это болотный гном. Я тебе вчера про них рассказывала. Забыл? Кстати, откуда ты мое имя знаешь? Я не говорила. Мне бабуля запрещает с незнакомыми людьми на улице знакомиться.

- Не бойся. Алевтин сказал. Надеюсь, это не запрещено?

- Нет, конечно.

- А я, Листик.

- Ох, какое имя красивое! – всплеснула руками Даша. – Оно тебе подходит.

- Почему это?

- Не знаю. Ты… такой же легкий. И, чуточку, одинокий.

- Одинокий? Ну, так я же тут… без семьи.

- Не из-за этого. – покачала она головой. - Когда осень наступает, листья сначала желтеют, а потом легко отрываются от веток и летят по одиночке в неведомые дали… Мне всегда жалко с ними расставаться. Интересно, куда они путь держат, в какие страны? Одни улетают далеко, а другие почему-то никуда не летят, а попадают в мусорные баки. Дворники их туда бросают или жгут на огромных кострищах. Жалко мне такие листики.

- Так чего переживать, другие весной появятся. Новенькие.

- Я знаю, только это уже будут… другие. Понимаешь?

- Ага. – кивнул понятливо мальчик.

Девочка перестала ерзать на сиденье и вытащила из-за пазухи живое существо размером с карандаш. Его щуплое, жилистое тельце серо-зеленого цвета было прикрыто просторной рубашонкой из лепестка водяной лилии, а в ушках-раковинах, плотно прижатых к затылку, блестели капельки, как мизерные сережки.

- Ой, живой! – не удержался Листик. – Так, вот про кого ты все время говорила?

Гном сморщил пупочку-нос и чихнул:

- Апчхи! Апчхи!

- Простыл? – поинтересовался Листик.

- Да нет, это от волнения! – возразила деловито Даша. - Он же первый раз на поезде едет, вот и переживает.

Скоро кригл освоился и без страха вытянул шею, осматривая виды, что неслись по ходу движения поезда. Для него это было настоящее путешествие, почти, как человеку в космосе.

- Вообще-то, его домой пора вернуть. – прошептала доверительно девочка на ухо Листику. – Да, боюсь, заревет! Ребятенок же… Всего-то сто пятьдесят лет на прошлой неделе исполнилось.

- Сколько-сколько? Ну, ты и выдумщица!

- Сто пятьдесят. – повторила невозмутимо девочка. – А, чего? Криглы живут до…

Болотный гном что-то зашептал ей на ухо.

- Ага! Он говорит, что его бабушке три тысячи лет, да еще лет пятьсот скрыла, чтобы не думали, что она старая.

- Никогда о криглах не слышал. Они что, у вас водятся?

- У кого, у нас?

- Д,а в Заречье!

- Будто сам не знаешь. Ты, как с Луны свалился! Да, еще в яму кротовую попал…

- Я… не местный. Говорю, же…

У Даши расширились зрачки.

- Ой, я вчера сразу догадалась! Странный ты, для нашего Заречья. Ладно, расскажу. Криглы живут на болоте, под заброшенным мостом.

- Надо же… И, что, каждый может с криглом дружить?

- Только дети. Взрослые их не замечают и смеются. Говорят, ребячьи выдумки.

- Так можно же самим убедиться! В конце концов, сходить на болото…

- Думаешь, никто не догадался? Даже специалистов приглашали.

- Ну, и…

- Криглов не нашли. А, чего? Очень надо ученым под микроскоп лезть! – защитила любимцев девочка. - Живут себе и живут, никому не мешают. Все равно со взрослыми сложно общий язык найти, а криглы, они же, как маленькие дети. Поэтому так и понимаем друг друга, с полуслова.

Она сделала глубокий вздох:

- Ещё они хранители Тайны. 

- В смысле? Что за тайна?

- Извини, я не могу сказать. Это же тайна.

Листик проникся к девочке в красном плаще большим уважением, чем накануне. Оказалось, она гораздо умнее ровесников. Мальчик сам себе признался, что с ней можно дружить.

В этот момент маленький кригл заверещал тонким голосом:

- И-и-и-и…

- Ой, ты только не реви, маленький!

Девочка с любовью покачала гнома на ладошке, как младенца в колыбели.

- Что с ним делать, теперь ведь не успокоится!

- А, что они любят?

- Точно! Надо сладкой ваты купить! – воскликнула Даша. - Все малыши ее обожают…

- А, что это, вата? Разве она бывает сладкая? Никогда про такую не слышал.

- Ты хочешь сказать, что никогда не ел сладкой ваты? Странный ты. Это же вкуснота вкуснющая!

- Даш… это правда. Забыла, что я в Заречье случайно попал.

- Подожди. Так ты, из города?

- Не совсем… хотя, да. Наверно. Когда-то я жил в большом городе. В Конфедерации.

- Не слышала такого названия. Но, разве там нет сладкой ваты?

- Не встречал.

- А, где твой город? Уж точно не Краснокамск. Там сладкой ваты, сколько хочешь!

- Я из… Другой Реальности.

- Она дальше Краснокамска?

Мальчик поднял глаза к небу:

- Это там. Очень далеко.

Дашка засопела:

- А, не врешь?

Листик закатал рукав курточки. На обнаженном запястье девочка увидела ровные столбики черных точек и линий в виде штрихкода.

- Что это?

- Код моего чипа. Как у вас паспорт, и… кошелек.

Даша неожиданно замолчала. По всей видимости, она совсем не удивилась, что новый знакомый запросто гуляет по Мирам, как по улицам Заречья.

- Я теперь здесь надолго. Если не навсегда.

- Тебе в Заречье понравилось?

- Не в этом дело. Кажется, я больше не могу… вернуться. Земное притяжение слишком сильное. Да, и идти, некуда. Может, наберу силенок и тогда… снова отправлюсь в путь.

- Понятно…

Девочка закусила губу.

- А, ты мог бы вернуться домой! К родителям.

- Нет у меня никого. Они меня предали.

- И я, одна.

Она хотела поведать Листику свою историю одиночества, но к вагону подошел Алевтин.

- Конечная остановка! – объявил он, подавая девочке руку. - Надеюсь, вам понравилось путешествие?

- Большое спасибо! Криглу понравилось!

Алевтин покосился на детей и крякнул в кулак:

- Кхм… кхм…

Кригл высунул любопытный нос и, когда понял, что поездка закончилась, сморщился, как засохший гриб:

- Ой…ой… ой… - запричитал он тонким голоском. - Не хочу в болото, не хочу, не хочу!

Девочка пошарила в пустых карманах:

- На вату-то денег нет. Только если этими рассчитаться.

Она зажала в ладошке две зеленые монетки. На одной был выдавлен профиль малыша-кригла, на другой, большего диаметра, кригла взрослого.

- Надо попробовать! Они же волшебные.

Она уверенно потянула Листика к ближайшему ларьку, где из сыпучего белого сахара получался огромный ком сладкой воздушной ваты. Улыбчивая девушка-продавец, завидев покупателей, закричала:

- Сладкая вата с карамелью! Ванильная! Клубничная! Подходи, покупай!

Даша уверенно протянула ей все деньги, которые у нее были.

- Одну порцию! Если можно…

Продавец внимательно рассмотрела монеты и вернула обратно.

- Первым покупателям сегодня бесплатно!

Она протянула Даше сладкое облако на палочке:

- Тебе с камелью. Приятного аппетита!

- Ой, так много… Спасибо, большое!

- С другом поделись…

Девочка смутилась и, отщипнув маленький кусочек, предложила криглу:

- Угощайся! Да, не реви!

- Мм-м-м… пальчики оближешь! – пропищал довольный гном.

- Я же говорила, что понравится! – кивнула Даша на ребятенка, уплетающего вату за обе щеки.

- Неужели вкусно?

- И, ты бери! Всем хватит! 

Листик неуверенно откусил кусочек. Вата оказалась сладкой и липкой. Она мгновенно растеклась во рту сладко-карамельной патокой.

- Странная еда! – отметил он новые вкусовые ощущения.

- Ничего особенного. Зато малыш-кригл успокоился. Им же плакать нельзя.  Организм так устроен, берегут влагу внутри, и снаружи.

- Не понял…

- Они болотные жители, привыкли к вечной сырости. А, этого малыша я на часок отпросила, чтобы на железной дороге прокатить. Кто же знал, что он заплачет.

- Но, дождь-то идет! Сырости, хоть отбавляй. Разве этого мало?

- Для криглов, мало. Они и так натерпелись…

- В каком смысле?

- Их дом, старое болото за разрушенным железнодорожным мостом. Раньше оно никогда не высыхало, и криглам было хорошо, а потом вода куда-то делась. Все криглы ушли другие болота искать, а семья этого малыша осталась. Только все равно уйдут, воды совсем мало осталось, им не выжить.

- Разве нельзя ничем помочь?

- Про криглов же никто, кроме детей, не знает. – напомнила с грустью девочка. – Сейчас лето, все ребята разъехались. Я только дождь и могла придумать…

Она закусила нижнюю губу и замолчала.

- Как? Это ты … придумала? – попятился мальчик. - Ты что, волшебница?

- Вовсе нет. Я считалку сказала, а потом дождь зарядил и болоту помог. Конечно, это неправильно, людям сырость надоела, но я ничего другого придумать не могу.

- Что за считалка? – прищурился подозрительно Листик.

- Могу прочитать. Только ты не смейся.

- Давай, жги.

 

- С понедельника по среду

  Стадо туч кочует в небе.

  С четверга по воскресенье

  Началось дождетворенье!

 

- И, она сработала?

- Получается, да.

- Волшебница по имени Даша!

Девочка смешно сморщила нос, как малыш-кригл:

- Родители меня Дашуткой звали, а бабуля, Дашка замарашка и Дашка потеряшка.

- Она тебя не любит? – съежился мальчик, будто это его так грубо обозвали.

- Это она для вида такая строгая, но внутри, очень даже добрая. – защитила родственницу Даша. – Я уже привыкла.

- Разве такая любовь бывает?

- Наверно. – пожала она плечами. – Другой-то я не знаю.

- Ты нисколечко не обижаешься?

- Бывает, когда уж очень бабуля строжится. Но, она же старенькая, а со мной тяжело. Я же знаю, Нинель Прокловна так притворяется. Ей меня доверили воспитывать, пока родителей нет. Надеюсь, что скоро вернутся. Каждый день загадываю, а их все нет и нет.

- Белиберда какая-то…

- Ой, какой ты непонятливый! Это же она специально строжится, чтобы я слушалась.

- А, ты слушаешься?

- Конечно! Я за молоком хожу. – загнула пальчик Дашутка. -  Поясницу бабуле мазью натираю, а еще нитку в иголку вдеваю, и с ее шляп пыль стряхиваю. Нинель Прокловна должна меня родителям с рук на руки передать. Только мы не знаем, когда они вернутся. Так и живем. Она думает, что она мой воспитатель, а я делаю вид, что так оно и есть, и не спорю.

- Высокие отношения! – заключил Листик. – Только очень запутанно.

Он так и не разобрался, кто кого любит, а кто кого воспитывает. Он еще раз убедился, что девочка не по возрасту мудра и рассудительна.

- А, родители где? Сами по себе живут.? Отдельно? Чего ж они тебя не заберут?

- Не могут. Когда я родилась, в Заречье жил конструктор знаменитый. Он какой-то Луч изобрел, который может в любом Пространстве перемещаться. Вот, по нему мама и папа ушли в какое-то космическое пространство, а обратно не вернулись. Может, они дорогу потеряли или что-то плохое с Лучом случилось. А, я осталась с Нинель Прокловной и жду их. Вот вырасту, сама Луч изобрету и найду родителей. Мне без них плохо…  

Она шмыгнула носом. Листик поспешил ее успокоить:

- Пока ты повзрослеешь, пока выучишься, пока Луч придумаешь, времени слишком много пройдет. Так можно и не успеть. Вот что… Надо этого горе-конструктора найти! Пусть возвращает родителей домой! Я знаю, как легко потеряться… в Пространствах.

Он еще раз подтвердил свою мысль, что Заречье не такое простое, как кажется на первый взгляд. Не везде люди могут запросто по Вселенным гулять.  

У Дашутки высохли слезы.

- Расскажи про Пространства! Очень интересно!

- Потом… как-нибудь… 

- Ладно. А, конструктора в Заречье больше нет. Делся куда-то, и никто не знает, куда. Может, тоже по Лучу ушел.

- Лучше скажи, что с болотом будем делать?

  - Вода уходит, не смотря на дожди.

- Надо на месте осмотреть. – почесал затылок Листик.

- Ты мне помочь хочешь?

- Криглам.

- Тогда можно прямо сейчас на болото сходить. Если, хочешь, конечно…

Еще бы он не хотел! Чем дольше Листик общался с Дашуткой, тем больше она ему нравилась. А, еще он понял, почему она в сапожках в жару ходит, в болоте легко ноги промочить.

- Надо бы Алевтина предупредить. – сказал мальчик. – Не то, попадет мне…

- Так это недалеко! Мы мигом! Туда и обратно.

- Ну, если так…

 

 

3

 

 

Листик и Дашутка покинули пределы Заречья. Как только позади остались крайние дома, в том числе и коттедж Алевтина, перед детьми раскинулось поле с гигантской (благодаря осадкам) травой. Разросшаяся растительность скорее напоминала непроходимые джунгли, чем обычное поле с ромашками и зверобоем.

 - Ого! Как же я пройду?

Листик опустил взгляд на кроссовки с оторванной подошвой в районе носка. Они напоминали хищную рыбу пиранью из вод Амазонки, только вместо острых зубов торчали нитки и остатки застывшего клея. Дашутка сочувственно засопела:

- Пойдем по тропинке, там посуше. Накинь мой плащ! Жаль, только сапоги тебе не по размеру.

Она вытянула вперед аккуратную ножку кукольного размера.

- Да, не возьму я ничего! – запротестовал Листик, оскорбленный предложением девочки. – Сама-то как?

Он посчитал себя джентльменом, и в поступке Дашутки усмотрел явную несправедливость и покушение на личное достоинство.

- Пожа-а-а-а-алуйста!

Дашутка умоляюще сложила ладошки. Листик подумал, что это еще хуже.

- Ну, давай плащ. Можем под ним вдвоем уместиться.

Он накинул на голову непромокаемую одежду.

- Становись поближе ко мне. Показывай дорогу.

- Ага… тут недалеко.

- Ты кригла не потеряй.

В карманчике плаща зашевелился болотный гном, напоминая о своем присутствии.

- Постараюсь…

Как только дорога раздвоилась, как язык змеи, Дашутка сказала:

- Направо, это вернуться в Заречье, а налево, заброшенный мост, под ним то самое болотце. Видишь?

Она подняла глаза на Листика и ткнула пальцем в сторону железнодорожного перекрытия с ржавыми балками и разобранными рельсами.

- Пришли! – кивнул утвердительно Листик. – Сейчас будем разбираться.

 

 

***

 

На самом деле, болота никакого не было. От него осталась грязная, заросшая тиной лужица. Правда, относительная сухость здешних мест никак не отразилась на популяции комаров. Они роились с устрашающим жужжанием в воздухе, впиваясь глубоко под кожу острыми хоботками. Скоро лица и руки детей покрылись волдырями. Листик не выдержал:

- Нас эти жужжащие твари живьем сожрут! Давай вернемся в Заречье, и намажемся противокомариной мазью!

- Ой, пока мы туда-сюда ходить будем, болото высохнет!

- А, когда мы в мумии превратимся, криглам лучше будет?

- Что же теперь делать?

Листик замахал руками, отбиваясь от кровожадных комаров.

- Я знаю выход! – заплясала Даша, как первобытный человек, отмахиваясь от насекомых руками.

Она вспомнила про денежки.

- Тебе одну монетку, и мне одну монетку…

- Зачем? – не понял Листик.

- Они же волшебные. Видишь, на монетках криглы нарисованы? Они… это… комарами питаются, только никому не говори.

- Понял, но не совсем.

- Надо волшебное заклинание сказать и волшебные монеты помогут от комаров избавиться.

- Откуда у гномов… деньги? Ой, криглов…

- У криглов есть Тайна. Мне кажется, они, как и ты, из этой… Другой Реальности. Монетки они привезли с собой. Мне вот подарили.

- Тебя это не удивляет?

- Чего тут удивительного?

Мальчик вспомнил ее рассказ о родителях, которые по какому-то Лучу ушли в Пространства Космоса и прикусил язык.

- Можно же попробовать! – мотнула утвердительно головой девочка.

- Давай заклинание придумывать. Только уж побыстрее…

Листик зачесался, как будто у него чесотка. Даша терпение друга испытывать не стала и громко продекламировала: 

 

- Комары и комарихи,

  Улетайте выше крыши.

  Где над елками вчера

  Заблудились облака.

  А, не будете нас слушать,

  Вас лягушки будут кушать! 

 

Дети положили монеты на раскрытые ладони и случилось чудо. Комары перестали зудеть и кусаться.

- Ой, помогли! – восхитилась девочка.  – Я же говорила, монеты волшебные.

- Или, твое заклинание. – подтвердил мальчик.

Дети не знали, что в Мире все взаимосвязано, и случайностей не бывает. Так или иначе, но пока они были на болоте, ни один комар не посмел нарушить Дашино заклинание.

 Маленький кригл, молчавший всю дорогу, при виде родных мест заверещал:

- Я дома! Я дома!

Он так и норовил выскочить из кармана дождевика. Пришлось Листику быстрее отпустить гнома на толстый лист кувшинки, что расцвела у самого берега.

- Иди уже! – попрощались дети с ребятенком.

Он сморщил нос и с разбега нырнул в мутную воду. Дашутка заворчала, что кригл мог бы и задержаться ради приличия. Листик осмотрелся на месте и понял, что бывшее болото заросло осокой, а вода куда-то ушла.

- Надо искать причину…

Он, не боясь намочить ноги, полез в густые заросли, разгребая руками просветы.

- Так… так… так… здесь все в порядке. А, это что такое? Тоже не то…

Он ползал по земле и кочкам, дергал дерн, что-то нюхал и бурчал под нос, пока не окликнул Дашу:

- Картина ясная!

Листика распирало от гордости, которую невозможно скрыть.

- Ты что-то нашел?

- Смотри.

Он наклонился, вытащив из кучи бревен и сухой коры гибкий прутик.

- Па-ло-чкаааа… – протянула разочарованно девочка.

- Нет, это плотина! – разъяснил Листик. - Тут этих палочек, целая куча. Скорее всего, бобры постарались. Перегородили единственное русло и перекрыли поступление воды в болото. Где-то недалеко должна быть речка…

- Был ручей, но он растекся и стало… озеро.

- Плотину надо разобрать, потому что она старая, даже следов бобровых нет. Как только расчистим русло от мусора, вода в болото вернется. Годится?

- Какой ты умный! – засияла начищенным пятаком Дашутка. – Я помогу.

- В моей Реальности когда-то были школьные походы в Природный Парк. Только, здесь все по-настоящему, а у нас, искусственное.

Лицо мальчика на мгновение исказилось болью, но он совладал с чувствами.

- Давай поможем криглам! Вернем им болото.

Дети дружно взялись за работу. Когда солнце медленно покатилось с середины неба, они полностью расчистили протоку.

- Теперь дождемся, когда вода пойдет. – сказал Листик.

Многочисленная семья гномов, во главе с папой-криглом, вышла на берег, чтобы оказать знаки внимания детям. Старший кригл по такому случаю надел длинную рубашку. Он почтительно поклонился Листику и Дашутке:

- Спасибо, дети! Вы спасли наш дом. Значим, нам не надо уходить в другие места и обживаться. Нам это болото дорого, здесь родились наши дети.

- Теперь и соседи вернутся! – заметила мечтательно мама-кригл. – Снова все будет по-прежнему.

- Родятся новые малыши! – подхватил папа-кригл. – Прежняя жизнь вернется.

Он зажмурился, как довольный кот.

- Мы будем играть в прятки! – заверещали криглы-дети.

Пока болотные гномы предавались мечтам о светлом будущем, Листик следил за очищенной протокой. Воды, почему-то, больше не стало.

- Что-то не так! – заметил он с волнением. - Вода не идёт.

- Еще рано! Подождем. – успокоила его девочка.

- Нет, вода должна была пойти сразу. Что-то мы упустили.

Листик хлопнул себя по лбу:

- Ну, я и дубина! Даша, нужна новая считалка!

- Зачем?

- От первой хлынул дождь, а теперь…

- Поняла! Надо, чтобы он закончился, и болото вернется! Так?

- Ага! Иначе будет не болото, а океан! По-моему, для криглов это глубоковато. Не для этого они на Земле жить остались.

- Сейчас… сейчас… Я придумаю.

Девочка зашевелила бесшумно губами, закатывая глаза вверх и покусывая губы. Наконец, она сообщила:

- Готово.

Криглы замерли в ожидании, скрестив маленькие пальчики наудачу.

- Только с выражением читай. – подсказал Листик. – Не перепутай ничего.

- Знаю. Не первый раз.

Дашутка набрала воздуха в легкие и начала читать новую считалку:

 

 

Дождь и слякоть надоели,

Уходите вон за двери!

Солнце с радугой явите,

И болото возвратите.

Пусть все криглы соберутся,

Пусть все за руки возьмутся.

Для ручья нашлась дорожка,

А, в болоте, остановка!

 

- Уф! – выдохнула она. - Ну, как? Годится? Ничего не упустила?

- Замечательно! Замечательно! – зашумели восторженно криглы. - Считалка поможет! Обязательно!

Они оказались правы. С каждой минутой все отчетливее слышалось журчание бегущей воды. Берега болотца стали подтапливаться.

- Нам пора! – решил Листик. - Не то, увязнем в болоте, Алевтин меня не найдет.

Детей остановил папа-кригл.

- За то, что вы спасли болото, я открою тайну криглов. Мы всегда были болотными жителями, даже когда жили на Зеленой планете ХХ-012, это на другом краю Вселенной. Мы ее не уберегли. Знаете, почему? Криглы возомнили себя самым лучшим народцем во Вселенной. Перестали с другими общаться. Замкнулись на себе и своей жизни. К нам тоже перестали гости приезжать, опытом делиться. Постепенно жизнь на планете стало невыносимой. Мы все переругались, накопили обиды и стали друг друга обвинять и искать виноватых. Тем временем, год за годом климат становился суше, осадков выпадало все меньше и меньше. Болота пересохли. Криглам, чтобы спастись, пришлось искать другое место, чтобы выжить и спасти своих детей. Так мы попали на Землю, в Заречье. Если бы не ваша помощь… пришлось бы искать новое место.

- Дашкина считалка помогла! – напомнил Листик. 

Девочка тактично засопела. Она еще не знала, что ее ждет наказание…

 

 

***

 

Бабуля забыла об учении Макаренко и методах гуманного воспитания. За шастанье «невесть, где», она заперла внучку под замок на целый день. Благо, окно отлично открывалось, но девочка бежать никуда не собиралась. Дашутка с грустью подумала, как было бы здорово, будь мама и папа дома. Уж они бы поняли дочку и не стали наказывать за доброе дело. Да, только, как Нинель Прокловне про криглов рассказать? Не поверит же. Скажет, что фантазии.

На помощь пришел Листик. Он уселся под окошком, чтобы можно было переговариваться:

- Ты очень скучаешь по родителям? – спросил мальчик.

- Еще как! – вздохнула тяжело Даша. – Правда, я даже не помню, как они выглядели. Приходится на фото смотреть. Иногда я думаю, что за эти годы они тоже изменились. Вдруг, они вернутся, а я их не узнаю?

Девочка пустила робкую слезинку.

- Ты что? Родители своего ребенка всегда узнают! – заверил девочку Листик. – И, ты тоже. Не переживай.

- Думаешь, они вернутся?

- Вот этого я сказать не могу. Я бы и сам хотел про своих знать. Что с ними стало? Где они? Знаешь, надо просто надеяться, что мы скоро встретимся и все. Без вариантов.

- Быстрее бы, а то бабуля стареет, и спина у нее болит, не оставаться же мне навсегда одной. А, ты своих часто вспоминаешь?

- Иногда. – признался честно мальчик. - Только, как же они меня в Заречье найдут? Это нереально.

- Так ты их найди…

- Я не хочу возвращаться. – передернул, как от озноба, плечами Листик.

- Что-нибудь придумается. Может, надо найти другое место, чтобы жить вместе?

- Надо искать конструктора, с Лучом. Только он поможет.

- Я с тобой!

Даша чуть было не вывалилась от волнения из окна.

- Да куда уж без тебя! – смирился Листик. – Только, когда наказание закончится. Не то и мне от Нинель Прокловне достанется…

- Ага, само собой…

 

4

 

С чего начать поиски горе-конструктора, Листик не знал. Первое, что пришло в голову, спросить у Алевтина. Он местный житель, и просто обязан хотя бы слышать о харизматичной личности, создающей межпространственные лучи.

Алевтин вопросу совсем не удивился.

- Я так и знал, что рано или поздно ты о нем спросишь.

- Почему-у-у?

- В первый день нашего знакомства ты сообщил, что путешествовал по Мирам и Пространствам. Как ни странно, я не сразу, но поверил, а еще понял, что однажды ты засобираешься в Путь. Мальчишки, как ты, на месте никогда долго не сидят. Помочь в этом может только наш Зареченский чудак, Протон Гелиевич.

- Его так зовут?

Листик едва сдержался, чтобы не рассмеяться.

- Да. Видимо, его родители были весьма прозорливы, и сразу определили сыну судьбу, связанную с точными науками.

- А, если бы его назвали… Иванушкой?

- Думаешь, стал бы он Иван-дурак? Между прочим, этот сказочный герой умнее всех оказался!

- Значит, как ни назови, если суждено быть гением, ты им станешь?

- Вроде того. Аль Фаталь…

- Чего, фаталь?

- Неизбежность.

- Ты хочешь меня оставить, Листик?

Алевтин загрустил, даже не притронувшись к сосиске с поджаренными боками.

- Не совсем так. – заметил осторожно Листик.

- А, как? – вздрогнул большим телом Алевтин. - Ты останешься?

- Я не знаю!

- Да ты оставайся навсегда! – возликовал мужчина, надкусывая с удовольствием колбасную оболочку. - С твоим появлением я даже начал подумывать о возвращении в литературу! Только для детей…

- Класс… А, как же, железная дорога?

- Можно совмещать. Именно работая в парке аттракционов, я начал понимать ребячий мир, немножко. 

Он отодвинул занавеску. За окном ярко светило солнце, а улица была умытая, как первоклашка Первого сентября.

- Что за черт? Мне кажется, или дождь закончился?

- Я даже знаю, кто к этому приложил руку. – хихикнул Листик.

- Догадываюсь. – буркнул Алевтин. - Это связано с особой в красных сапожках?

- С Дашей, с кем же еще? А, вот кто подстроил, что мы вместе оказались на паровозике? Ты сам говорил, что ей денег на карусели бабка не дает. Тогда, как же девочка оказалась в зеленом вагончике?

- Каюсь! – застонал Алевтин. - Очень стало жаль девчушку.

- Лучше расскажи, где найти Протона Гелиевича.

- Ты не сказал … зачем. – поосторожничал Алевтин.

- Даша ждет родителей. Они ушли по Лучу, что создал конструктор. Мы подумали, что он сможет помочь. Вдруг что-то с Лучом случилось? Другой версии, почему они оставили Дашку, нет, хотя я пришел из Мира, где взрослые именно так и поступают. Жалко мне ее. Нельзя ребенку так долго с бабушкой жить.

- Ты до сих пор родителей не простил?

- А, как? Какие есть для этого аргументы?

- Ты не подумал, что могли быть веские причины, как у Даши?

- Нет никаких причин, они по Лучам не ходили. Просто, эгоисты. Бросили меня на улице одного.

- Сам же сказал, из лучших побуждений. – покачал головой мужчина. – У них не было выхода. Останься ты с ними в резервации, что бы с тобой было?

- Так мне и отец Георгий говорил. – вздохнул Листик, облизывая губы. – Но, я хотя бы с ними рядом был. Хотя, вряд ли. Знаешь, а ведь многие дети простили родителей и те вернулись, чтобы начать все заново.

- Твои, выходит, не вернулись? Значит, что-то у вас не срослось, не поняли друг друга, не услышали, сигнал души оказался слабеньким.

- С чего бы я тогда по Мирам бродил?

- Получается, у них не было другой возможности. Или, ты поторопился уйти, не дождался. Мало ли, где они находятся. Жизнь очень непростая штука, Листик. Ну, хорошо. Протон Гелиевич на прежнем месте не живет. Его лаборатория сгорела вместе с домой, как раз после того, как он Луч изобрел.

- Он покинул Заречье?

- Переселился в планетарий, потому что специалистов других не прислали, а кроме Протона Гелиевича никто не умеет пользоваться оборудованием. Он теперь в качестве астрофизика каждую ночь колдует у телескопа, наблюдая звезды и далекие Галактики. Ведет затворнический образ жизни.

- Так это меняет дело! Как его найти?

- В Парке Развлечений есть неприметное здание. Это Планетарий. Другой вопрос, захочет ли этот ученый муж с вами общаться…

- Что-то я не припоминаю в парке Планетария! – засомневался Листик.

- Так сразу за Чертовым Колесом.

- Тогда, найду.

- Если нужна помощь, я к Вашим услугам. Ведь мы с Протоном, в некотором роде, коллеги. Он на дневные сеансы школьников приглашает, фильмы демонстрирует тематические, а я с ребятами на каруселях весь день.

- Уже теплее. – выдохнул Листик. - Значит, с детьми общается?

- Я бы так не сказал… Говорю же, фильмы показывает, но в зал не спускается.

- Ничего! Договоримся! – повеселел мальчик.

 

***

 

Как только закончился срок Дашуткиного наказания, Листик прибежал под ее окно. Он протянул ей два билета в Планетарий.

- Появился шанс найти родителей.

- Ух, ты! Я в планетарии ни разу не была… Только их там точно нет.

- Темная личность! – посочувствовал мальчик. – Между прочим, там Протон Гелиевич поселился.

- Да, ладно! – обрадовалась девочка. – Как ты это выяснил?

- Алевтин сказал. Они, оказывается, дружат.

- Как же мы с Протоном Гелиевичем договоримся о помощи? Если он откажется?

- Я все продумал. Мы пройдем с группой в зал, а потом найдем способ задержаться. Протону Гелиевичу от нас не отвертеться!

- Хорошо бы…

Девочка закружилась на месте. Только сейчас Листик заметил, что выглядит она по-другому, более изящно. Вместо плаща, сарафан с пышной юбкой, словно созданной специально для кружения, на ногах мягкие тапочки из светлой кожи, а через плечо перекинута маленькая сумочка. В таком виде хрупкую Дашу захотелось защищать, как родную сестренку, младшую.

 

***

 

Сеанс состоялся в указанное на афише время. Тему Протон Гелиевич выбрал стандартную – «Планеты Солнечной системы». Пока присутствующие слушали лекцию, рассматривая звездное небо, мальчик искал место, где можно было бы незаметно укрыться. Такое нашлось за тяжелой бархатной портьерой, закрывающей огромный настенный экран. Там было темно, пыльно и душно, но терпеть неудобства долго не пришлось.

Как только зал опустел, дети вышли из тайника, застав Протона Гелиевича у огромного телескопа на крутящейся подставке. Ученый обладал незаурядной внешностью. Его кустистые брови все время дергались верх-вниз, а круглые очки едва держались на кончике носа.

- Можно вас побеспокоить? – взяла на себя смелость Даша.

Мужчина гневно сверкнул подслеповатыми глазами и указал пальцем на дверь:

 - Сеанс закончен! Прошу на выход. Планетарий закрывается!

- Мы по другому делу. 

- К телескопу не подпущу! Не просите!

Ученый остался непреклонен. Листик воспользовался последним, самым убедительным аргументом:

- Алевтин так и сказал, что Вы с нами общаться не захотите.

- Что-о-о-о?

Ученый приподнял очки, рассматривая детей.

- Откуда Вы знаете Алевтина? Он сам детей не жалует!

- Все изменилось. Алевтин теперь не один, и вернулся в литературу. – произнес с гордостью Листик. 

- Неужели? – огорчился ученый. - Видимо, я совсем оторвался от жизни. И, кажется, потерял единственного собеседника. Так, что вам угодно, молодые люди?

- Всего лишь информацию про Луч, по которому ушли ее родители.

Листик подтолкнул вперед Дашу. У профессора запотели очки, и он наощупь потрогал девочку.

- О-о-о! Ты была младенцем, а теперь, взрослая дама!

- Я не дама! – заявила категорично девочка. – Я, Даша.

- Извините. Я надеялся, старый болван, что о том случае все забыли.

- Неужели Вы думаете, что можно спокойно жить со злой бабкой, и не думать о родителях? – вставил реплику Листик.

- Ой, она не злая. – пропищала Даша. – Извините.

- Твои родители со слезами покидали Заречье. – вспомнил Протон Гелиевич. – Только, они люди науки, и другого такого случая могло больше никогда не быть. Тот Луч…

- Что с ним? Он… прервался?

- Видимо, да. С экранов исчез, а потом случился пожар. По плану они должны были вернуться сразу же, хотя на Земле прошло бы всего года два, однако… Сколько тебе лет?

Протон Гелиевич обратился к Даше.

- Шесть. Почти семь.

- Да, они изрядно задержались. Только ничего изменить нельзя.

- Можно тот Луч восстановить? Вы же его изобретатель.

- Есть такая мудрая пословица – «Два раза в одну и ту же реку не входят». Так и с Лучом, все изменилось, Время, Пространство, я, если хотите, да и, они тоже.

- Что же, я маму и папу никогда не увижу? Неужели я зря ждала?

У Даши из глаз брызнули слезы.

- Я не знаю, как тебе помочь, моя милая. Оборудование сгорело, а новое создавать затратно, да и стар я для таких экспериментов.

- Так не честно! – крикнула в отчаянии девочка. - Как же родители? Как же я?

- Сознаю, я виноват, но не потому, что оставил людей в космических просторах, а потому, что неосторожно, бездумно нарушил некие материи и что-то поменял в космическом равновесии. На это мне никто права не давал. Теперь я только сторонний наблюдатель. Простите меня, глупца, если сможете!

Листик и Даша вернулись от Протона Гелиевича ни с чем.

- Больше нам никто не поможет. – сказала Даша. - Наверно, так даже лучше, я не буду больше надеяться. Думаю, Нинель Прокловна тоже не обрадуется.

Листик сжал с силой кулаки:

- Есть один выход.

- Что ты надумал? – напряглась девочка.

- Я сам буду их искать.

- Не надо! Ты же не хотел возвращаться?

- Я передумал. Чего трусить все время? Плохо там, где мы думаем, что плохо. Так отец Георгий сказал. Он научил нас создавать Миры, какие захотим, вот и, попробую.

- Так Луча-то все равно нет…

- Он мне не нужен. Не знаю, как это получается, но если сильно-сильно расслабиться, чтобы межпространственные поля не раздавили и закрыть глаза, то можно попасть в любое место Вселенной.

- Я бы тоже хотела… в другие Миры! – размечталась девочка.

- Ты потом обязательно научишься, а пока пора бежать на болото. Мне кажется, там именно то место, которое поможет мне вернуться.

- Почему?

- Криглы не зря выбрали болото. Думаю, там есть КАНАЛ ПЕРЕХОДА.

 

***

 

За короткое время, что дети не встречались с криглами, болото расширилось, заросло кувшинками и тростником. Малыши криглы без устали прыгали по кувшинкам и соревновались с глазастыми лягушатами, кто дольше удержится на качающемся прутике.

- Пожалуйста! Посмотрите только на это безумство! – пробубнил недовольно Листик. - Как тут сосредоточиться?

Даша обратилась к криглам с просьбой:

- Миленькие! Можно чуточку потише! Очень надо…

Малыши перестали визжать и толкаться, а папа-кригл обнадежил гостей:

- Теперь наша очередь помочь вам. Скажите только, чем!

Над старым болотом зависла тишина. Вперед вышел Листик.

- Уважаемые криглы! Помогите мне попасть в Другую Реальность!

Папа-кригл покосился на детвору, и с сожалением развел маленькими руками:

- Здесь наша помощь бесполезна! За многие годы жизни в Заречье мы утратили прежние способности. Мы поняли, как важно сохранить в порядке место, где живешь. От прошлого остались только зеленые монетки. Может, они смогут помочь? Мы их храним, потому что… считаем волшебными. Они нам не раз помогали.

 Листик попросил у Даши денежки:

- Я верну.

Он подбросил монетки на ладони, как будто они могли помочь настроить невидимую межпространственную связь. Денежки запрыгали, брякая друг о друга ребрами.

- Помогите мне, денежки! – обратился он к ним мысленно. – Очень надо!

- Листик! Можно мне с тобой? – потрясла его за рукав Даша.

- Не обижайся, Дашка. Я по Мирам попутешествовал, а тебе чуточку подрасти надо.

Девочка доверительно прижалась к мальчику. Листику самому стало не по себе.

- Ну, пора! – похлопал он девочку по хрупкому плечу.

- Что, будем прощаться?

- Дашка… ты не думай, я твоих родителей обязательно найду.

- Ой, Листик, можно, я глаза закрою?

- Ага… Считай…

Она честно зажмурилась, но не вытерпела и спросила:

- А, ты точно вернешься? Я к тебе… привыкла. НЕ бросай меня одну.

- Я же пообещал.

- А, вдруг мама и папа не захотят… в Заречье?

Она испуганно моргнула и слезинки предательски выкатились из уголков глаз.

- Не выдумывай. Они же от тебя не отказывались, как мои. Они в научных целях ушли. Если бы не пожар…

- Листик, ты им скажи, что я их очень-очень жду.

- Дашка, они знают. Давай, на счет три!

- Один! Два! Три! Ой, еще не все… Листик, как ты попадешь… в Другую Реальность?

Мальчик моргнул:

- В смысле?

- Ну, как это? Улетишь, как самолет? Крыльев-то нет, и бензин заливать… некуда.

- Ох, ну и, вопросики у тебя…

Листик начал придумывать на ходу, потому что никакого материального объяснения он дать не мог.

- Представь, что это игра. Как в прятки. Ты сейчас закроешь глаза, сосчитаешь до десяти, а я в это время спрячусь…

- А, как же я тебя найду?

- Фу ты, ну ты! – закипел Листик. – Да, не надо меня искать! Я сам вернусь. Еще вопросы есть?

- Есть.

- Говори! – смирился мальчик. – Ты же не успокоишься!

- Как ты узнаешь, где искать маму и папу? У тебя нет их адреса!

- Я знаю дорогу к отцу Георгию. Он хороший человек, что-нибудь посоветует. В его Пространстве есть Канал Перехода, в собачьей будке. В общем, что-нибудь придумаем.

- Тогда, ладно! – кивнула девочка. – Тогда, я спокойна.

- Считай…

- Один… два…

Дашутка закончила счет, открыла глаза и закрутилась на месте.

- Ты где, Листик? – всполошилась она. - Ушел…

Она не сразу поверила, что мальчик шагнул из старого болота во Вселенную. Это было похоже на игру в прятки. Вот сейчас он выпрыгнет с криками из камышей, и они вместе вернутся домой.

Прошло несколько минут, но Листик так себя и не обнаружил. Вместо него в воздухе закружил красно-желтый лист. Он мягко опустился Дашутке на грудь и прицепился, как брошка.

- Ох, листик! Летучий какой. И, красивый…

 

***

 

Протон Гелиевич чуть-чуть солгал. С момента пожара в лаборатории он собирался восстановить прибор, излучающий волшебный Луч, но так и не решился. Как ученый, он понимал, что Луч, это зрительное проявление некой энергии, которую удалось поймать через старенький радиоприемник. Для Протона Гелиевича это был нонсенс. К тому же эксперимент получился случайно, не смотря на безуспешные попытки хотя бы прикоснуться к тайне межпространственных перемещений.

Все получилось случайно. Когда позади остались месяцы напряженного труда, путаные чертежи, теории, математические расчеты и даже, изучение сказок. Именно в них ученый с мировым именем почерпнул идею о межпространственных полетах и реальной материализации. Баба-яга на метле или в ступе отлично перемещалась на огромные расстояния, и никого это до сих пор не удивляло. А, конек-горбунок, который появляется по приказу: - «Встань передо мной, как лист перед травой»? Тот же ковер-самолет летает как птица, или пещера Алладина, которая открывается, стоит произнести волшебное заклинание… Во всем этом была простая истина, которую следовало разгадать. Протон Гелиевич совсем было отчаялся, и в порыве эмоций резко крутанул ручку настройки радиоволн. В приемнике что-то зашипело, захрипело, а потом вырвался Луч, оставив Заречье на два дня без электричества. Этого времени вполне хватило, чтобы в целях эксперимента сначала отправить в космические просторы белого щенка, что случайно забрел в лабораторию к ученому, а уж потом поделиться радостью с учениками, предложив им совершить путешествие в Неизведанные Миры…

Протон Гелиевич стукнул себя с досадой по лбу:

- Что я, старый дурень, наделал! Оставил ребенка сиротой. Как же я не подумал о семье, старый дурак!

Успокоить расшатанные нервы помогла бы чашечка густого и терпкого кофе. Профессор удалился включить газовую горелку, чем не преминул воспользоваться… Василис.

Внимание рыжего кота привлек ламповый радиоприемник с деревянными боками, покрытый толстым слоем пыли и паутиной. Василис уверенно дотронулся лапой до кнопки «ВКЛ». Внутри аппарата что-то угрожающе щелкнуло и затряслось. Со всех щелей закурился едкий сизый дымок. Василис пустил глазами искры, обладающие не меньшим напряжением, чем сам приемник. В воздухе завис голубой Луч в обрамлении золотого ореола. Кот засмотрелся и не заметил, как подпалил роскошные рыжие усы.

- Мяу! – взвыл в панике Василис, растворяясь в воздухе.

Не успел разойтись запах горелого, как вернулся Протон Гелиевич. Ученый оторопел от вида тлеющего на глазах аппарата.

- Что за ерунда? – выразился, не по-научному, профессор. – Снова, пожар… Неужели… Луч?

Разобраться в произошедшем он так и не смог, хоть и осмотрел все помещение несколько раз. Ничего, кроме следов кошачьих лап он не обнаружил, и уж никак не связал последующие события с необъяснимым, с точки зрения современной науки, фактом самопроизвольного возгорания приемника.

 

 

5

 

Листик почувствовал грудью сильное сопротивление воздушных слоев. Тело стало плоским, как кусок фанеры. Он сделал усилие и сосредоточился. В голове закрутилась мантрой ключевая фраза:

- Я ищу родителей. Я ищу родителей.

- Надо же было уточнить, Дашиных родителей! – подумал мальчик, но понял, что поздно что-то исправлять.

Он очнулся у костра, от которого шло тепло. Все кости мальчишки заныли, как будто он пробежал многокилометровую дистанцию, без воды и отдыха. Листик медленно поднялся, разминая суставы.

- Где это я?

Он опустил взгляд под ноги. Прямо перед ним свернулся калачиком белый щенок. Его поглаживал за ухом… отец Георгий.

Листик протер глаза:

- Я что, опять сюда вернулся?

- Мыслями ты и не уходил. – заметил священник будничным голосом, словно не было никакой разлуки. - Хорошо, что мы встретились. Я рад тебя видеть, отрок.

- Но… как же… Я даже не помню, как ушел…

- Ты умер. Точнее, так подумали твои друзья, а на самом деле, на время уснула та часть разума, которая не хотела прощать, но душа-то осталась жива. Только вот, что тебя привело обратно?

- Я... Сейчас все расскажу по порядку. Вы не поверите, где я оказался! В общем…

- Позволь догадаться? – перебил отец Георгий. - Ты не все вопросы решил с родителями, так?

- Чего их решать-то… Они не пришли. Я ищу не своих, а Дашиных. Только вы ее не знаете. Я вам расскажу ее историю.

- Подожди. Кажется, твою Дашу кое-кто ждет. Впрочем, и тебя, тоже.

Листик разволновался.

- Меня никто ждать не может.

- Не торопись с выводами, Листик. Как в прошлый раз…

- Да, чего…

- Не их ли ты ищешь?

Священник кивнул в сторону храма, где на низком крылечке сидели мужчина и женщина. Они крепко держались за руки, словно боялись расстаться. Листик привстал с места, чтобы получше разглядеть странную пару. У него бешено заколотилось сердце, но в этот раз он не испугался сердечной боли. Мальчик растерянно обернулся на священника:

- Как? Это что…мои… родители?

- Повторяю, ты поторопился уйти. – объяснил спокойно отец Георгий. - Не дождался. Они пришли, когда было поздно. Обратно тебя вернуть было невозможно, ты сам выбрал Путь.

- Почему меня не искали?

По щекам ребенка потекли слезы, но он не спешил их вытирать.

- Спроси сам. Думаю, они тебе объяснят сами.

Листик медленно и неуверенно направился к паре. Он узнал родных отца и мать. Взрослые были настолько взволнованны, что побоялись посмотреть ему в глаза. Они не могли решиться, чтобы обнять друг друга, как раньше, в прошлой, счастливой жизни.

- Листик, сынок! – не выдержала первой мать.

- Прости нас, сынок! – протянул руку отец, чтобы обнять сына.

Мальчик недоверчиво отпрянул:

- Я вас искал! Я звал! Мне было очень плохо! Вы меня предали! Знаете, что мне пришлось пережить? Рассказать?

Слова обиды вырвались из его пересохшего горла.

- Мы все знаем, Листик. – ответила женщина. - Неужели нам нет прощения?

- Хотя бы скажите, почему? Хотя, не вас я искал, а Дашиных родителей. У них, хотя бы, причина уважительная, они в научных целях по Лучу ушли, и не вернулись. Она их ждет.

Мужчина и женщина растерянно переглянулись.

- Даша? Из Заречья?

- Откуда Вы ее знаете?

Мужчина порывисто обнял сына:

- Она наша дочь. Так получилось.

- Как? А, я? – вырвался из его объятий Листик.

- И, ты, наш! – заверила мама. - Мы одновременно и твои родители, только в мире чипов и Резерваций, и Дашины, где есть гений Протон Гелиевич и писатель Алевтин, с котом Василисом.

- Разве так можно? Вы придумали удобную версию.

- Зачем нам обманывать? Мы же рядом с тобой. С этим трудно поспорить.

- А, Луч? Вы его нашли?

- Нет. Но, ты и без него, как видно, обходишься… И, это тоже удивительно. Ребенок, гуляющий по Вселенным… Поверить невозможно. Мы изучали этот вопрос как физики, строили сложные графики, изучали свойства материалов и нановеществ, писали научные статьи, а, оказывается, в этом нет никакой необходимости. Обычный мальчишка может спокойно переместиться в любой уголок космического пространства без всех этих премудростей. Как ты это делаешь?

- Сам не понимаю. Сначала мы с ребятами искали путь в Другую Реальность, где нет зла и насилия, а потом я познакомился с отцом Георгием и тот рассказал, что надо лишь захотеть создать мир, в котором безопасно, и все получится. Только, сила желания должна быть… очень сильной.

- Надо же… Оказывается, мы многое не знаем.

- Мама! Папа! Почему вы не вернулись в Заречье? Почему не искали меня?

- Сынок, по Лучу мы как раз и попали в Конфедерацию. После Заречья это оказался совсем другой мир, незнакомый и жестокий. Когда мы поняли, что пути обратно нет, то решили как-то на месте выживать и потихоньку приспосабливаться к новой действительности. Ты у нас родился. Только… не получилось. Мы пошли против власти, не позволили сделать из себя рабов. То есть, отказались от чипа. За это попали в Резервацию. Чтобы тебя спасти, нам пришлось расстаться. Знаешь, мы не жалеем о содеянном. Несмотря на то, что ты многое испытал, но все же… выжил. Дети, которые остались с родителями в Резервации, все равно были вынуждены расстаться. Их насильно увезли в неизвестном направлении. Родители остались безутешны. А, мы о тебе всегда помнили и очень хотели снова быть вместе. Мы жили надеждой, что тебе лучше, чем нам, и самое главное, есть надежда на свободную жизнь, без слежки и тотального контроля. Хотя, понимали, что ты оказался в сложных условиях. Но, это хотя бы шанс…

- На улице выжить практически невозможно. – вздохнул Листик. – Мне повезло, попал в хорошую компанию, где никто не обижал, не заставлял воровать.

- Получается, мы все сделали правильно, сынок, и тебе не за что на нас сердиться. Ты хотя бы находился на свободе, хоть и, относительной. У нас такой привилегии не было.

- Вам удалось бежать из Резервации?

- Нет. Это невозможно.

- Как же тогда?

- Случилось настоящее чудо, которое мы, ученые, объяснить никак не можем. Это похоже на материализацию мыслей, как в сказке, где стоит пожелать, как все случается, по- настоящему, хоть новое корыто для жадной старухи, хоть говорящая щука для Емели.

- Что же произошло? Не пойму.

- В какой-то момент взрослые услышали, что их зовут дети. Я не могу это объяснить. Взрослые вдруг оттаяли сердцами, незримо соединяясь душами с любимыми сынами и дочерями. Не знаю, как это произошло, но им удалось беспрепятственно покинуть Резервацию и объединиться, чтобы найти детей. Оказывается, сила желания или любви настолько сильна, что для нее нет никаких препятствий. Не важно, где ты находишься, в резервации или в других мирах.

- Чего же вы меня не услышали? – всхлипнул Листик. – Или… не захотели увидеться? Не нужен я вам? Без меня лучше?

- Знаешь, наверно, в нас было мало веры. Мы услышали тебя последними и… опоздали. Ты ушел. Отец Георгий приютил нас, и настоятельно посоветовал тебя дождаться. Почему-то он был уверен, что ты вернешься. Так и вышло.

- Значит, это правда, что можно самим создать свою реальность.

- Попробуем, как учит отец Георгий. Создадим Мир, где нам всем будет хорошо. 

- С Дашкой?

- Конечно. Как же без нее. Она, наверно, совсем большая.

- Скоро в школу пойдет.

- А, как поживает Нинель Прокловна? Тяжело ей с ребенком.

- Да, что с ней станется? Ворчит себе да радикулитом мается.  

- Ох, бедная наша Дашутка! Натерпелась…

- Не переживайте. Нормально с ней все. Она самостоятельная, не по возрасту. Жизнь научила.

- А, где нам будет лучше?

- Где скажете.

- Думаю, в Заречье лучше всего. Там нет конфедератов, бездушных роботов, пластиковой еды и резерваций. Нет насилия, тотальной слежки и никто не разделяет без согласия детей и взрослых. Это по-настоящему, пространство Любви.

- Тогда, в Заречье! – выдохнул Листик. - Дашка обрадуется. Правда, там есть Нинель Прокловна.

Листик содрогнулся:

- Она такая злючая… настоящая баба-яга.

- Нинель Прокловна, ее няня. Хоть и не родная бабушка, а все же очень за нас всех переживает. Вот вернемся, она и успокоится.

- Ну, и ну! – покачал головой Листик. - Расскажи, как же все произошло с самого начала? Как вы оказались в двух реальностях?

Мама ласково погладила сына по макушке:

- Слишком длинный рассказ. Надеюсь, ты все поймешь. Мы приехали из столичного города Краснокамск в тихое Заречье молодыми учеными-физиками, и остались работать под руководством профессора Протона Гелиевича. Он занимался вопросами Мироздания, течения Времени, преодолением Пространства и тонкими материями Космоса. Тогда же им был изобретен Луч, по которому можно было преодолеть любое расстояние за считанные секунды. Чтобы подтвердить эту версию, надо было решиться на эксперимент, другой случай вряд ли бы представился. Мы с отцом приняли нелегкое решение, оставили дочку на няню, а сами шагнули по Лучу, в неизвестность. С точки зрения нормальных родителей, мы совершили вещь непозволительную, ради своих целей и амбиций оставили ребенка на попечении чужого человека. Вот мироздание нас и наказало. Что-то пошло не по плану. Луч исчез, и обратная дорога не представлялась возможной. Мы вынужденно задержались в мире чипов, пищевых принтеров и Резерваций.

- Я тоже там жил…

- Ты удивишься, но это все та же планета Земля, сынок, только не самая ее лучшая сторона. Ты там у нас и родился. Наверно, чтобы мы могли жить… по-человечески. Сам знаешь, в том мире на детей времени никто не оставлял. Все хотели жить только для себя. Получать удовольствия и не нести никакой ответственности за других. Эгоизм в высшей степени.

- А, зачем нужна такая жестокость? Как, в конфедерации?

- Для равновесия, Листик. Другой версии у меня нет. Понимаешь, не познав зла, не оценишь добра.

- Не понятно!

- Сначала мы думали, что пошли по Лучу ради познания Вселенной, а теперь точно знаем, не для этого. Мы поняли, как страшно жить без любви, без заботы о детях, без простых семейных радостей. Совершенно не важно, в каком месте ты живешь, в Заречье или на обратной стороне Земли. Так люди учатся понимать себя, и свои ценности.

- Чего же так долго ждали? Вернулись бы… Вы же ученые! Не могли придумать новый Луч?

- Обратной дороги не было. Прежний Луч утратил свойства и пришлось обживаться. Родился ты, но трудности не закончились. Наше образование не пригодилось в столь развитом обществе, да и законы властей оказались слишком бесчеловечными. Чипирование означало стать роботом, за которым идёт наблюдение круглосуточно. Жить под таким колпаком нам не захотелось. Мы предпочитали просто быть любящими родителями. Нам не позволили, как и многим другим семьям. Вскоре пришло Предписание Конфедерации о выдворении нас в Резервацию. Мы приняли трудное, как нам показалось, но единственно правильное решение, оставить тебя на улице. Выжить в Резервации невозможно, потому что там, в неволе, человек утрачивает положительные эмоции, не радуется простым вещам и забывает, как можно любить. Он становится бездушным роботом на службе государства. Мы очень страдали, но помочь не могли, иначе бы тебя быстро поймали. Вскоре из Резервации стали исчезать люди. Это напугало, но в тоже время расценилось, как избавление от страданий. На деле оказалось, что родители услышали зов детей, и он был такой мощи, что перемещал их навстречу друг другу. Мы стали ждать, когда ты позовешь, но ничего не услышали. Пришлось смириться с тем, что оказались плохими родителями.

- Я был обижен. – признался Листик. 

- От отчаяния мы решились на прыжок. Услышали от кого то, что это единственно возможный путь в Другое Измерение. Жизнь без детей показалась никчемной. Видимо, желание быть рядом обладает волшебной силой, не хуже Луча. Нас встретил священник, отец Георгий, и мы поверили, что ты вернешься. Расскажи нам о Дашутке! Как она? Наверно, забыла нас?

- Ей шесть лет, в сентябре будет семь, в первый класс пойдет, и она такая же экспериментатор. От ее невинной считалки все Заречье дождями залило.

- Она же наша дочь! – умилился отец.

- Странно, а почему она младше меня?

- Помехи из-за искривления Великого Вектора Времени. Разве плохо быть старшим братом?

- Нормально… Точнее, я пока не знаю. Новая роль, так сказать.

- Что-то ты, брат, задумчивый?

- Разобраться хочу. Алевтин предупреждал, что должна быть веская причина, из-за чего родители детей оставляют, а я не верил.

- Всякое бывает, сынок. Главное, не надо торопиться делать выводы.

- Сколько благополучных семей от детей отказывается!

- Значит, выбрали другие ценности, карьеру, свободу от пеленок и бессонных ночей, но не получили другого, детского смеха, гордости за достижения сына или дочки, да всего, что есть в мире детства. Потом, спустя много лет, они каются, жалеют о своих поступках, но редко что можно изменить. Не каждый ребенок прощает родителей. Мы тоже переживали, что наши дети не с нами, обвиняли себя в родительском эгоизме, сожалели о поступках, которые разлучили нас. Позже пришло понимание, что все было не зря. Мы на собственном опыте поняли, какие страшные вещи происходят, когда люди замыкаются на собственных интересах, не затрачивая ни малейших усилий на тех, кто находится рядом и нуждается в добром слове и понимании. Мы рады, что имеем двоих очаровательных детей и готовы быть рядом, любить, помогать, направлять, радоваться. Кроме того, родители и сами когда-то были детьми, и каждого кто-то обидел, недолюбил, сломал морально или физически. Потом мы взрослеем, но прошлое никуда не девается. Мы переносим свой негативный опыт в свои семьи, на своих детей. Замкнутый круг, какой-то. Хорошо бы, если нас учили быть родителями. Как в школе. Многие проблемы решились бы без упреков и обвинений.

- Я тоже виноват. – расчувствовался Листик. - Не пытался найти Вас или простить. Считал, что только родители обязаны о детях заботиться, а теперь вижу, и от детей многое зависит. Тогда обидно не будет.

- Это и есть семья! – выдохнула мама. - Уж поверьте, теперь каждое утро буду готовить горячие завтраки с кашей, водить вас в кино, проверять дневники и все, что обязаны делать любящие и заботливые родители. Мне надо успеть наверстать пропущенное.

- Этого я и боялся! – заворчал мальчик.

Он с любовью вспомнил сосиски у Алевтина, но желание иметь семью пересилило.

- Придется чем-то пожертвовать. В конце концов, к Алевтину всегда можно в гости прийти.  

- Ах, как бы найти Луч, чтобы переместиться в Заречье! - размечталась мама. - Нас Даша ждет.

- Я один легко могу попасть из одной Вселенной в Другую. – задумался Листик. - Троих же переместить не получится. Сил не хватит, да и, опыта маловато… Если бы Дашка помогла своей считалкой…

- Может, ты придумаешь свою? – предложил отец. – Наверняка, у тебя такой же талант.

- НИ разу не пробовал. – засомневался Листик.

- Самое время проверить. – поддержала отца мама.

- А, про что надо сочинять?

- Про то, что есть в твоей голове. Что тебя беспокоит.

- Как-то это слишком непонятно…

- Просто дай волю чувствам, сынок.

Листик отошел на несколько шагов от родителей и в его голове сами собой начали рождаться строчки.

 

***

Обычный мальчишка,

С планеты Земля.

Мне выпала фишка,

Крутая петля.

 

Шагал по Планетам,

Летал по Мирам,

Заветное слово,

Шептал я Богам.

 

Устав от Пути,

Я вернулся домой.

Довольно нести,

Все обиды с собой.

 

Пора научиться,

Любить и прощать,

Хочу докричаться,

Как Душу спасать.

 

Я понял одно,

Без Любви жить нельзя,

Как будто кино,

Мы прокрутим назад.

 

Как важно быть рядом,

Кого-то любить,

Решительным шагом,

Свой Путь проходить.

 

В далеком окошке,

Горит огонек,

Там в чьем-то лукошке,

Со счастьем, кулек.

 

 

 

***

 

Отец Георгий вежливо удалился на приличное расстояние от семьи Листика. На его глазах в очередной раз совершилось обыкновенное чудо.

Священник решил не мешать беседе Листика с родителями. Им только предстояло стать настоящей семьей, где не обходится без выяснения отношений, мелких обид и простых радостей. Взрослым придется научиться понимать детскую правду, верить в самые необычные фантазии и поддерживать в любых начинаниях. Детям тоже не обойтись без примирения, сглаживая углы теплыми объятиями и радуя близких хорошими оценками, послушанием и уважением.

Отец Георгий снова ждал гостей, которым необходимо тепло. На первое время, хотя бы от печки… Если бы священник был внимательнее, то наверняка заметил прошмыгнувшего мимо… рыжего кота с обожжёнными усами.

Василис справедливо рассудил, что если уж создавать равновесие на Другой стороне Земли, то без него никак не обойтись! Где есть собака, обязательно должен быть и кот. Так, почему бы не он?

Василис затрусил за отцом Георгием. Теплое место на печке, что может быть лучше после долгого путешествия из Заречья в Другую Реальность? Только рыбья галета. Интересно, а здесь такие водятся?

 

 

***

 

Каждый день Даша бегала на болото встречать Листика, пока не поняла, вряд ли он так скоро вернется. Нинель Прокловна разворчалась, что надо буквы учить, потому что скоро школа, и с разбитыми коленками в класс не пустят.

Строгая няня накупила к первому сентября белых бантов, рюкзак на широких лямках, коробочки с цветными карандашами и ластиками, да только радости Даше это великолепие не принесло. Она каждую ночь горько ревела в подушку, втайне от Нинель Прокловны, но та все равно догадалась.

- Мучайся теперь с тобой до конца жизни… Чего уж тут реветь.

- Я не просила! – выкрикнула горько Даша. – Пожалуйста, можешь и ты меня оставить!

- Придумала! А, что б ты без меня делала? Никакой благодарности.

- Скоро мама и папа вернутся! За ними Листик ушел.

Девочка свернулась комочком, вздрагивая плечами. Нинель Прокловна неожиданно смягчилась, присела рядом и прижала Дашу к себе.

- Эх, Дашутка, Дашутка… Знаю, как тебе тяжко со мной-то, со старой перечницей. Ты уж потерпи, а там глядишь и, правда, вернутся твои родители, непутевые… Хочешь, сказку расскажу?

- А, вы разве знаете?

- Ох, я тебе ни разу книжку-то не читала…

- Так я сама все буквы выучила и любую книжку могу без помощи взрослых читать!

- То, читать, а то, слушать! Большая разница. Ложись-ка под одеяло, буду тебе рассказывать.

Под монотонный пересказ няни, Даша крепко заснула и увидела во сне Листика. Девочка хотела у него спросить, нашел ли он родителей, как мальчик испарился в воздухе.

Даша проснулась и горестно вздохнула:

- Наверно, Листик тоже не вернется…

В один из вечеров, когда Нинель Прокловна ушла к подругам чаевничать, девочка решила навестить Протона Гелиевича. Она понимала, что надеяться на ученого не стоит, но очень уж захотелось одним глазком посмотреть на небо через чудесный телескоп. Первый раз в жизни кресло профессора оказалось пустым. Оказывается, даже у ученых бывает личная жизнь. Протон Гелиевич ушел скоротать вечерок к Алевтину, с которым они сблизились на почве обсуждения высоких материй. Девочка присела на край кресла и потянулась к рычагу. Раздался щелчок, ручка завибрировала, на экране замигали разноцветные огоньки, кривые линии и цифры.

- Ой, я не хотела! Помогитееее! Спаситееее!

Треск внезапно прекратился. Телескоп плавно и бесшумно принял удобное положение, и Даша прильнула к стеклянным линзам. Небесные созвездия, которые она видела только на картинке в атласе детской энциклопедии, неожиданно стали настолько близкими, что захотелось их потрогать.

От переизбытка чувств у Даши родились поэтические строчки:

 

***

 

Как нам с Земли дотянуться до неба?

Это трудней, чем дойти до соседа.

Мне бы волшебные чудо-ботинки,

Я б протоптала к звезде три тропинки.

 

Листик увидит, и сразу поймет,

Маму и папу по ним приведет.

Чтоб было не страшно, я вам помогу,

Лучом из фонарика Путь освещу.

 

Родители к детям хотели б вернуться,

Сыночки и дочки их ждут у окошка.

Пусть их пожелания вместе сольются,

А в доме поселится рыжая кошка.

 

Детские считалки, созданные Листиком и Дашей в разное время и в разных Измерениях, отлично сработали. Не хуже зеленых монеток с криглами или Луча, над которым трудился ученый-физик Протон Гелиевич.

 

 

***

 

 

К великой радости, первого сентября вся семья собралась вместе. Повести Дашу-первоклассницу в школу вызвались не только родители и старший брат Листик, но и Нинель Прокловна.

- Дашка-то мне стала родной. Как внучка! – объяснила она смущенно. - На моих руках выросла, а теперь вот… расстаемся, родители вернулись. Кто бы мог подумать? Одна только Дашутка и верила, а вот я, грешным делом, сильно сомневалась. Что за Луч, как по нему уйти куда-то да ребятенка одного на старую няньку оставить? Не пойму я современных людей. В наше-то время такого не бывало. Семьи жили вместе, детей поднимали, воспитывали, ночей не спали, делились друг с дружкой радостями и печалями.

Женщина промокнула увлажнившиеся глаза носовым платком.

- Ты на меня, Даша, зла не держи. Я ведь не злая! Это я от страха, понимаешь? Ответственность-то какая мне выпала, ребенка вырастить, да не простого. Я ж видела, как ты на болото бегаешь, к этим… криглам. Считалки волшебные шепчешь.

- Ой, Нинель Прокловна, а вы про них знаете?

- А, как же… Я ведь не всегда старушкой-то была.

- Странно, почему тогда взрослые не признаются, что видели криглов или знают о их существовании? Почему не верят детям?

- В воспитательных целях, Дашенька. Иначе, ваши бурные фантазии невесть куда уведут.

- Ну, так это же здорово!

- Здорово, да надо меру знать. – ответила утвердительно старушка. – Подрасти немного, много чего поймешь.

Девочка тепло обняла няню и обратилась к родителям:

- Папа, мама, я тоже к Нинель Прокловне привыкла. Пусть она с нами живет, как бабушка.

Пожилая женщина не ожидала от Даши столь лестные слова в свой адрес, памятуя о недавних ссорах и баталиях.

- Ох, дочка-то ваша хорошей помощницей была! У меня же, как начнется ломота в костях… Она мне поясницу мазью мазала, и за молоком ходила. Терпела старуху, в общем.

Нинель Прокловна схватилась за поясницу, как бы подтверждая, какие невыносимые муки ее недавно преследовали.

- Разве кто-то против? – согласились родители. - Мы и сами хотели Нинель Прокловне предложить остаться. Дом хоть и старый, но всем места хватит. Мы Вам благодарны, дочку вырастили хорошим человеком. Теперь можете для себя пожить, пришло время ваши шляпки «выгулять». Чего ж они будут в шкафу без дела пылиться?

Нинель Прокловна растрогалась:

- Вы такие внимательные! Шляпок у меня, ваша правда, целая коллекция. Теперь буду каждый день новую надевать…

Она кокетливо повела острым носом в сторону Протона Гелиевича, который пришел на праздник с Алевтином. Ученый разволновался:

- Я, в некотором роде, причастен к тому, что с вашей семьей произошло. Столько лет провел в одиночестве затворником, просиживая дни и ночи за приборами и телескопом, а теперь понял, что пора идти к людям, общаться, дружить, и… и… ухаживать за прекрасными дамами.

Протон Гелиевич бросил многозначительный взгляд на Нинель Прокловну. Та манерно поправила седые локоны под шляпкой и по-девичьи разрумянилась.

- Э-э-э… Разрешите поздравить первоклассницу! – вспомнил Протон Гелиевич о цели визита.

Ему, конечно, разрешили, и Алевтину, а еще пригласили на вечернее чаепитие с тортом и конфетами.

На празднике отсутствовал только рыжий бродяга Василис. Дашутка успела шепнуть Листику, что кот… ушел гулять по Мирам и Вселенным. 

- Ты откуда знаешь? – насторожился мальчик.

- Криглы по секрету сказали. – опустила виновато глаза Дашутка.

- Ты что на болоте делала? – спросил мальчик сестру. - Кто разрешил?

Девочка доверительно прижалась к мальчику:

- Ты же никому не расскажешь?

Конечно, Листик Дашу не выдал. Он и сам задумал сбегать к кое-кому на сосиски…

- Все криглы на старое болото вернулись! – сообщила радостную новость девочка. – Теперь у них это… кригло-сообщество.

- Здорово! Представляю, какой шум и гам теперь стоит на болоте!

- Бабушка-кригл сказала, что они теперь никогда свой Дом не оставят, а будут его беречь. Не важно, где жить, а как. И, с кем. Они усвоили серьезный урок и не повторят прошлые ошибки. Вот было бы хорошо, если бы во всех Вселенных так получилось!  

- Согласен! Можно сколько угодно менять Реальности, но от себя не уйдешь. Может, мы подрастем и что-то в этом мире сможем изменить в лучшую сторону?

- Обязательно изменим! – согласилась Даша. – Только ты меня подожди, ладно? Я быстро вырасту!

- Ну, куда я теперь без тебя? Ещё, заблудишься.

- Не, не заблужусь. Я буду тебя держать за руку. Можно?

- Нужно. Я же твой старший брат.

 

 

***

 

Пока разогревался гриль, Алевтин спросил Листика:

- Как тебе живется, воробышек? Доволен, что семья нашлась?

- Я не воробышек. Я, Листик. Меня так прозвали из-за больного сердца, потому что становился разноцветным, как осенний лист, а сейчас, выздоровел, даже удивительно. Птицей меня… Дим-Дим обзывал. Ох, я и злился.

- А, по мне, так ты точно птенец, такой же… летучий.

- Как это?

- Готов в любую минуту собраться в полет, легок ты, дружок, на подъем. Признавайся, что задумал? В какие Миры полетишь?

- Как ты догадался? Я ведь и не говорил ничего такого…

- Я теперь Вашего брата отлично научился понимать. – признался довольный Алевтин. - Каждый день из будки таких типусов наблюдаю, хоть книжки пиши.

- У меня все хорошо, и родители, и сестра младшая, но ведь та Реальность, откуда пришел я, никуда не делась.

- Тебя это очень тревожит? Не отпускает?

- Ага…

- Ты не поможешь ничего изменить, даже если вернешься и расскажешь людям, как надо делать правильно. Реальность, какой бы не была, потому в таком виде и нужна, чтобы на собственном опыте понять, что счастливое будущее возможно только в одном случае, когда взрослые и дети нужны друг другу.

- Они что, сами не понимают?

- Может, понимают, но проживают «детский» период, чтобы рано или поздно вырасти. Попробуй отнять у младенца погремушку! Он же заплачет, начнет требовать обратно. Через месяц-другой научится ползать, потом ходить, и старая погремушка станет неинтересной. Так же и с обществом, сначала период узнавания Мира, проба на зуб, так сказать, а это не обходится без протеста, разрушений, эгоистического получения удовольствий, но со временем люди устанут от войны, потянутся к другим ценностям, в том числе к детям.

- Тебя послушаешь, так получается, проблемы нет? Можно жить спокойно в Заречье?

- Лучше всего жить на своем месте, любить друг друга и тогда вся Вселенная сама придет в равновесие. Самоочистится от скверны и дурных энергий. Это самое лучшее, что можно сделать.

Листик нетерпеливо посмотрел на стрелку ходиков.

- Вижу, торопишься? – догадался хозяин коттеджа. – Эх, остался я один. Василис-то у меня пропал куда-то, рыжий бродяга. Не видал ты его, в Других Мирах?

Листик решил не расстраивать Алевтина. Василиса он встретил в Реальности отца Георгия и, судя по всему, кот возвращаться не собирался. По крайней мере, несколько ближайших тысяч лет, точно.

- Алевтин, извини! Меня Дашка ждет, нам надо к криглам на болото успеть…

 

***

 

Ребенок, запросто гуляющий по Вселенным, на самом деле, обычный мальчишка, каких полно не только в Заречье. Не меньше вокруг и девчонок, от считалок которых происходят удивительные вещи, непонятные взрослым. Эти удивительные дети живут рядом с нами и зовутся - Хранители Королевства «Счастливое Детство» …

Оценка участников конкурса и жюри: 
8.5
Средняя: 8.5 (4 оценки)
+1
+3
-1

Комментарии

Аватар пользователя Сергей Ефанов

Продолжение "Божьей коровки"...
Ну что ж.... приятно что меньше ужасов антиутопий, что только отвлекают от посыла, больше мыслей, больше действия. Приятно, что рассказ - оба рассказа, "божья коровка" идёт в связке с ней - полностью укладываются в концепцию Великого кристалла Крапивина, так что смело записываем автора Алевтину в категорию "время учеников"...
Продолжение идёт логически - пришло в прямом смысле собирать камни, только не в физическом плане, а духовном - ткать вместе пространство любви, поиска и единения самого главного в жизни человека - Семьи. Площадкой такового необычного Созидания стало посёлок Заречье, существующий в параллельном мире - другая грань мира чипов, технотроники и диктатуры Конфедерации, нацеленной на разрушение Семьи в пользу денег и гедонизма. Неприкаянный в мире Конфедерации Листик находит в новом мире семью, сестру и то самое простое человеческое счастье, которое зачастую оказывается полностью недостижимым, в зачипированном мире электронно-корпоративной мощи мира Конфедерации. И помощь в обретении ВСЕГО Листику оказывают не мегамашины и супермены, а маленькая девочка Даша, чудаковатый сторож Алевтин со своим вездесущим котом, да крошечные болотные гномы....
Другой вопрос который возникает - сможет ли сотканное пространство любви семьи и новых ценностей, выдержать удары Жизни...

+1
0
-1
Аватар пользователя Кропус

Понравилось. Но один вопрос: чего вообще хотели достичь власти конфедерации? Ведь без детей страна рано или поздно обезлюдеет. Или они думали их в колбах выращивать?

+1
0
-1
Аватар пользователя Алефтина

А к чему ведет современная система ценностей? Нам внушают, что ребенок 6 лет имеет право сменить пол и не поставить в известность родителей. Нам внушают, что дети - это бремя, затратное, материально и душевно, и вы имеете право их не рожать. Вы имеете право создавать однополые браки. Так где мы, люди, завтра возьмем детей? Останется ли вообще человечество? Все потому, что делается это во благо небольшой группы людей, которые мыслят своей продолжительностью жизни. После нас хоть потоп. Но и они забывают о своем продолжении рода. А может, у них его уже нет и сегодня? Истребить человека, как божье любимое создание и есть задача другой, темной стороны.

+1
0
-1
Аватар пользователя Иван Корнилов

Тоже думаю, что в данном случае вопрос полного обезлюдения страны не беспокоит власти в принципе - просто потому, что полное обезлюдение наступит когда-то потом, это уже проблема следующих поколений. Да и общество тут не особо таким озабочено, не только власть.
Вспоминаются крапивинские "Гуси-гуси, га-га-га..." Там население Вест-Федерации стремительно вымирает, поскольку норма - один ребёнок в семье. Но разве данная тема там как-то обсуждается, кого-то волнует? Такое общество вымирает тихо и спокойно.

+1
0
-1

Не пью, не курю, не смотрю телевизор, не пользуюсь Windows

Аватар пользователя Алефтина

Так и есть… но человек все равно живет. Например, за счет стран, где нет проблем с рождением детей. Африка, например.

+1
0
-1
Аватар пользователя Иван Корнилов

Алефтина написал(а):

Так и есть… но человек все равно живет. Например, за счет стран, где нет проблем с рождением детей. Африка, например.

Человечество-то в таком случае выживет, а народ - нет. То есть это вообще не решение.

+1
0
-1

Не пью, не курю, не смотрю телевизор, не пользуюсь Windows

Аватар пользователя Алефтина

Я не ответственна за все человечество и сохранность того или иного народа. Уже сейчас нет чистых наций, кроме аборигенов. Миграция и вруны не дают нам возможности сохранить эдентичность. В Европе давно смешение. Причем, идет перевес в сторону Арабов и вообще, стран Магриба. И что теперь? Заборы не помогу, как вы понимаете.

+1
0
-1
Аватар пользователя Иван Корнилов

Это всё понятно. Я всего лишь хотел сказать, что уточнение насчёт того, что "человек все равно живет. Например, за счет стран, где нет проблем с рождением детей", ничего по сути не меняет. Останется ли страна пустой или будет заселена пришельцами - это просто два варианта одной и той же катастрофы. В любом случае народ, которому наплевать на детей, погибнет.

+1
0
-1

Не пью, не курю, не смотрю телевизор, не пользуюсь Windows

Аватар пользователя Алефтина

Будем надеяться, что люди не настолько одурманены, чтобы забыть о детях. В моем произведении именно дети забили тревогу и начали искать место, где бы они воссоединились с родителями. Общее пространство любви.

+1
0
-1
Аватар пользователя Кропус

Да, вы правы. Как я уже написал, сам текст мне понравился - поставил 8. Но в федерации всё это пошло слишком в лоб. Всё таки сейчас на Западе не запрещают детей напрямую, а пропагандируют обратные ценности. Прямой запрет реализации такого базового инстинкта, скорее всего вызовет бунт даже на толерантном Западе.

+1
0
-1
Аватар пользователя Алефтина

Это же литературное произведение. Я не стала уделять внимание на то, как развивалась история ценностей в Конфидерации. Я взяла уже свершившийся факт. То, что произошло с ее жителями, дает читателю порассуждать, как они до такого дожили и примерить к себе, сегодняшним. И нам порой хочется свободы от детей, и многие ею пользуются, отдавая чад в детские дома, бабушкам, делая аборты или вообще отказывая себе в деторождении. В Конфидерации пошли еще дальше. Дети стали рабами власти и бездушными роботами, которые только и ждут любой команды, даже если она направлена против родителей. Власть боится детей, потому что именно в них еще сохраняется вера и любовь. Дети ищут себя и свое место, и им нужны родители. Как им найти друг друга и понять? Это сложно, но как вариант, создать общее пространство любви, начать все сначала. Это наше спасение.

+1
0
-1
Аватар пользователя Airat

Прекрасное произведение, (обе части). Успехов автору в писательском деле...

+1
0
-1