Фантом

Категория:
Игровая площадка/Масштаб:

(рассказ-быль)

 

Это случилось во время очередного дежурства. В то время я работал в Бологовском отряде ведомственной охраны железной дороги.

Помнится, меня перевели из пешего патруля в операторы автоматизированного рабочего места или АРМ, и большую часть моего рабочего времени я проводил за наблюдением за многочисленными мониторами, которые в режиме настоящего времени отслеживали ситуацию или любую другую деятельность, которая могла происходить или не происходить на нашем участке ответственности. У меня в подчинении находилось четыре охранника, которые составляли два наряда.

Итак, оба наряда вернулись с патрулирования и отогревшись, сели обедать. На участке всё было спокойно. Через некоторое время Рогов Сергей – старший первого наряда, предложил мне размять ноги. Его предложение было весьма кстати, так как от долгого сидения у меня действительно затекли телеса.

Обрадовавшись приятной возможности, наконец, растрястись, я второпях накинул куртку с фирменным жилетом, повесил дубинку на ремень и в сопровождении Ивановой Евгении вышел из дежурной. Женя, только начинала работать в охране и проходила стажировку.

Зима уже отдала свои права на погоду, а весна ещё не вступила в полную силу. Было морозно. На улице снега почти не было. Земля везде была мёрзлая, покрытая мелкими кристалликами льда, как будто тонны измельчённого в песок стекла были рассыпаны вокруг. Они переливались в солнечном свете множеством мелких разноцветных огоньков.

Воздух был свежий, морозный, чистый. Было очень тихо. На платформе никого кроме нас не было. Женя звонко грызла семечки, оставляя за собой заметный шлейф кожуры. Мы шли не спеша.

Я остановился, чтобы потянуться.

– Ну, как тебе работается? Цыплят ещё не высидел? – с ухмылкой спросила Женя.

­– Нет пока, наверное, яйца испорченные! – подхватил я.

В тот год я долго искал работу, но ничего подходящего не нашёл. Как-то в автобусе на стекле я увидел объявление о наборе сотрудников в охранное предприятие. Делать было нечего – это было моей единственной возможностью. После обучения в течение трёх месяцев отходил в пешем патруле в самую снежную и холодную погоду. Поначалу было тяжело ходить пешком по, местами крутой, железнодорожной насыпи, покрытой миллионами ребристыми колотыми камнями, грани которых остро впивались в нетолстую подошву моих ботинок и, я «наслаждался» массажем ног на протяжении всего дежурства.

Вскоре начальник нашего четвёртого караула Николай Васильевич Коротков, или как его называли мужики, Васильич предложил мне занять освободившееся место оператора АРМ. Я согласился – платили там на две тысячи больше, правда в процессе работы страдали глаза и голова, так как происходило облучение мониторами с трёх сторон в течение почти всей смены. А ещё нужно было очень внимательно наблюдать за каждой камерой, место по площади, которое они занимали на экране монитора – спичечный коробок. И таких вот «коробков», штук по пятнадцать на каждом мониторе. И на каждой – картинке, отображающей обстановку в настоящем времени, могло что-нибудь да происходить. Моя задача заключалась во своевременном отслеживании любых перемещений на подведомственном мне участке, доклада в центр и далее действовать по инструкции, вплоть до того, чтобы выслать наряд на проверку сомнительной ситуации на участке пути.

Надо сказать, что если такое случалось, ребята были не в восторге, особенно после насыщенного событиями дня: ЧП рядового характера – пьяный человек на железнодорожных путях или зацепеп[1] на электричке. Я с детства не понаслышке был с великим и могучим русским языком. Но, к слову сказать, каких только я не наслушался матерных слов и оборотов речи, отправляя наряд на очередную проверку, особенно в ночное время суток. Оно и понятно. Платили им по восемь тысяч рублей в месяц на руки, а в главном офисе в Санкт-Петербурге почему-то думали, что по тридцать тысяч. Кроме того, дистанция пути на некоторых участках достигает двадцати пяти километров. Попробуй пройти её два раза в день туда и обратно, а потом ещё и на вызов сбегай, может и не раз. В общем, было весело!

Станция, на которой осуществлялось наше патрулирование, называлась Кузьминка[2]. На некотором расстоянии от начала платформы уже в послевоенное время была построена небольшая электростанция. Она располагалась на вершине земляного отвала вдоль железнодорожных путей. Вдоль её забора, вниз, к путям вела узкая, но хорошо утоптанная тропинка, которую было заметно в любое время года.

Вдруг, откуда ни возьмись, на ней появился высокий, худой мужчина. Он выглядел лет на сорок. Его волосы были тёмного цвета и блестели, как будто бы уложенные гелем. Лицо было смуглое с большими, широко раскрытыми глазами. На нём был длинный коричневый кожаный плащ,

который доставал до земли и чёрные туфли. Он неспешно спускался по тропинке к железнодорожным путям.

Он выглядел так, как будто бы на дворе стояли девяностые и была осень. Переходя железнодорожные пути, дойдя до середины, он остановился оглядеться по сторонам и на несколько секунд задержал свой взгляд на мне. Что-то в нём возбудило в мне животный страх. По коже побежали мурашки, я встал как вкопанный.

Отвернувшись, он продолжил свой путь и через пару шагов был на нашей стороне насыпи. Мы не знали куда он направляется. Он шёл по направлению от нас к Твери, виляя между, белёными известью столбами контактной сети и рельсошпальной решёткой.

Пройдя, метров двадцать, он исчез. Мы не поверили своим глазам.

– Ты видишь его? –, спросила Женя меня, остолбенев от удивления.

– Нет. Он испарился? Не может быть! ­–, я ей ответил, ощущая своё замешательство.

– Давай проверим! – предложила Женя.

Мы спешно спустились с платформы и уже шли в сторону необъяснимого, как зазвонил дежурный телефон, лежащий у меня в нагрудном кармане куртки. Это был старший первого наряда Сергей:

– Куда вы пошли? Вас не видно на мониторе –, спросил он меня нервным голосом.

– Мы сейчас вернёмся. Только проверим кое-что –, сказал я и повесил трубку.

Вдвоём мы скоро дошли до места, где в первый раз видели незнакомца и след в след прошли за ним его путь. И – ничего! Совсем ничего, даже следов примятой травы. На пути его следования не было ни дыр в решётчатой ограде, ни люков подземных коммуникаций, то есть ничего, что помогло бы ему скрыться из виду без следа. И тем не менее он исчез, оставив нас в полном недоумении.

Мы ещё долго, после этого случая, не могли найти произошедшему достойного объяснения.

Может отравились кислородом?

 

[1] «Зацепинг» – способ передвижения, заключающийся в проезде на поездах и иных рельсовых транспортных средствах с их внешней стороны, а люди, практикующие его – зацеперами.

[2] Кузьми́нка – железнодорожная платформа на участке Москва – Тверь главного хода Октябрьской железной дороги. Находится к юго-западу от деревни Полукарпово Калининского района Тверской области. Название – от имени соседнего села Кузьминское. Как населённый пункт числится в Щербининском сельском поселении (ж-д. ст. Кузьминка  с населением 77 человек в 2008 году). На станции имеются две посадочные боковые платформы, разнесенные друг относительно друга. Переход между платформами осуществляется по деревянным настилам. Турникетами не оборудована. В январе-феврале 2010 года проводился капитальный ремонт пассажирских платформ.

Оценка участников конкурса и жюри: 
4
Средняя: 4 (1 оценка)
+1
+1
-1